фл.семафором якорь
исполнить цепочку-на главную в кубрик-на 1 стр.
  • главная
  • астрономия
  • гидрометеорология
  • имена на карте
  • судомоделизм
  • навигация
  • устройство НК
  • памятники
  • морпесни
  • морпрактика
  • протокол
  • сокровищница
  • флаги
  • семафор
  • традиции
  • морвузы
  • моравиация
  • словарик
  • мороружие
  • кают-компания


  • Страницы "Истории пиратства" - по книге "Пираты, флибустьеры. Детская энциклопедия".
    Текст подготовлен в данной книге
    Ларисой Бурмистровой и Виктором Морозом.

    "История пиратства"


     
    СОКРОВИЩА ПИРАТОВ



    КЛАД УИЛЬЯМА КИДДА

    По Англии ползли слухи о невероятном богатстве Кидда. Людская молва присваивала пирату самые немыслимые преступления и злодеяния. Каждый следующий рассказчик увеличивал количество жертв Кидда и сумму награбленного им.
    Сокровища Кидда до сих пор будоражат умы искателей кладов. Утверждают, что Уильям Кидд закопал свои богатства на островке Гардинер-Айленд под Нью-Йорком. По другой версии, Кидд спрятал сокровища на одном из островов Южно-Китайского моря. Ходят слухи и о том, что деньги, возможно, на Мадагаскаре.

    Некоторые «знатоки» утверждают, что сундук с сокровищами откопали люди лорда Белламонта, губернатора Нью-Йорка, потому что Кидд рассказал ему, где нужно искать.

    Еще один слух связывает сокровища Кидда с маленьким островом Оук у побережья Новой Шотландии.
    В 1795 году трое мальчишек — Дэниэл Мак Гиннис, Джон Смит и Энтони Воон из городка Махон отправились на Оук на лодке. Остров был необитаем, и подростки разбрелись по берегу в поисках чего-нибудь интересного.
    Неожиданно кто-то из них заметил корабельную снасть, которая болталась на ветке большого дуба. А под веткой в земле было небольшое углубление. Подростки решили, что под дубом зарыт клад, они стали палками раскапывать яму. Мальчишек ждала удача — на глубине полутора метров открылось перекрытие из камней. Их раскидали и обнаружили платформу из дубовых бревен, концы которых были прочно врыты в стенки шахты.

    Кладоискатели очень устали, сил убрать тяжелые бревна у них не оставалось. Солнце уже садилось, и они покинули остров Оук, дав слово вернуться сюда. И в 1804 году бывшие подростки, а теперь уже взрослые люди появились на Оуке. Их сопровождали пятеро местных жителей. Уже после первых часов работы стало ясно, что в земле сокрыто нечто интересное. Через каждые три метра шахту перекрывали бревна или слои камней и гальки. На некоторых камнях были вырезаны загадочные надписи, которые никто не мог расшифровать.

    Когда однажды утром рабочие пришли к месту раскопок, они обнаружили, что шахта глубже десяти метров затоплена водой. Попытались осушить ее — единственная помпа сломалась. Никто не понимал, что это за загадочная шахта, но многие догадывались, что на ее дне должны быть захоронены несметные сокровища. Не случайно шахту окрестили Денежной.

    На следующий год на Оук прибыли новые кладоискатели. Не долго думая, они решили выкопать по соседству с Денежной шахтой еще один колодец, чтобы спустить воду. Так и сделали. Обе шахты соединили туннелем на глубине 30 метров. Вода ворвалась в соседнюю шахту с такой силой, что люди на дне ее едва не утонули. В Денежной шахте уровень воды не понизился, а в новом колодце он поднялся на такую же высоту. Если бы горе-копатели немного задумались и взглянули в сторону океана, они бы поняли, что вода поднялась в обоих колодцах на отметку уровня моря...

    В 1845 году шестидесятилетний предприниматель Энтони Воон — последний из троицы мальчишек, обнаруживших на Оуке Денежную шахту, — организовал новую компанию по поиску сокровищ — «Синдикат Труро».
    Воон заказал на материке буровую установку, которую установили над шахтой. Пройдя через платформу из еловых бревен толщиной 20 сантиметров, бур неожиданно провалился в пустоту. Сверло поочередно проходило сквозь дерево и слитки непонятного металла. На поверхность бур вернулся с неожиданной находкой — обрывком золотой цепочки. Кладоискатели решили, что в глубине золото. Ведь зачем складывать слитками, например, железо?

    «Синдикат Труро» вел раскопки на Оуке с 1849 по 1865 год. Как-то раз бур в очередной раз подняли из шахты. Рабочий Джеймс Питбладо взял предмет, прилипший к буру, и положил себе в карман. Когда один из бурильщиков спросил, что он нашел, Питбладо ответил, что покажет предмет только на общем собрании директоров. Заинтригованный Воон немедленно собрал руководителей проекта, но Питбладо и след простыл. Он сел в лодку и уехал с острова. Через несколько лет кладоискатели узнали, что Питбладо намерен выкупить некоторые участки земли на Оуке. Но сделать этого ему не позволили. Потом говорили, что предмет, который бур извлек из Денежной шахты, был крупным бриллиантом.

    Кладоискатели продолжали свою деятельность. Рядом с Денежной шахтой появилась еще одна, затем еще. Скоро шахт стало на острове так много, что пришлось присваивать им номера, чтобы не запутаться.
    Вскоре один из рабочих упал в шахту. Выяснилось, что вода в колодце соленая. Оказывается, Денежная шахта соединяется с морем. Стали искать где. Расчистив на берегу песок и гальку, рабочие обнаружили слой кокосовой мочалки толщиной в 5 сантиметров, а ниже — слой водорослей в 10 сантиметров. Обнажились плоские камни, вбитые в прибрежный песок.

    Строители шахты поступили очень мудро — на берегу, между отметками самого высокого прилива и самого низкого отлива, они устроили огромную «губку». Во время прилива «губка» насыщалась водой и наполняла ею сточный колодец, соединенный с Денежной шахтой наклонным подземным туннелем длиной 150 метров.

    В последующие годы на Оуке одновременно работали до 60 человек. Ходили кругами 30 лошадей, приводя в действие помпы. Привезли более мощные паровые помпы, одна из них взорвалась. Механик погиб. Но руководители «Синдиката» не понимали, что море выкачать нельзя.
    Как утверждает молва, сокровища острова Оук были найдены еще в 1860 году. Вечером рабочим удалось-таки откачать воду из Денежной шахты, и они отправились на материк. Когда утром они вернулись на Оук, выяснилось, что все члены дирекции покинули остров, прихватив с собой оборудование.

    В 1894 году за поиски клада принялся страховой агент Фредерик Лиандер Блэр. Он всю жизнь посвятил попыткам найти сокровища, и лишь смерть в 1951 году прервала его поиски.
    На страницах канадских газет публиковались отчеты с острова. На Оук регулярно ходили пароходы с желающими отыскать потерянные сокровища. К 1898 году на острове было вырыто уже 20 шахт. На южном берегу острова нашли треугольник из камней, острие которого указывало на Денежную шахту.

    В XX веке поиски продолжались. На остров приезжали ясновидцы и колдуны. Но сокровищ не нашли. Среди местных жителей ходила легенда, согласно которой сокровище откроется, когда на Оуке срубят последние дубы. В 60е годы инженер Роберт Данфилд окончательно «перекопал» остров. Он соединил Оук с материком дамбой, пригнал сюда бульдозеры и экскаваторы. Последний дуб рухнул под ножом бульдозера, но остров своей тайны так и не открыл...

    Почти два века кладоискатели ищут золото на острове Оук. В тридцатые годы писатель Гарольд Уилкинс опубликовал книгу «Капитан Кидд и его Остров Скелетов». В ней была напечатана карта острова, на котором знаменитый пират якобы спрятал свои несметные сокровища. Очертания острова и некоторые ориентиры оказались удивительно похожими на Оук.
    Уилкинс сообщил, что карта, послужившая ему первоисточником, хранится у коллекционера Хуберта Пальмера. Пальмер вместе со своим братом собрали дома настоящий музей, посвященный пиратам прошлого. Особой любовью Пальмеров пользовался капитан Кидд. В нескольких личных вещах Кидда (стол, сундучок, коробка для ниток его жены) Хуберт открыл тайники, в которых находились карты. На них был начертан остров, окруженный коралловыми рифами. Указывались названия мысов, якорные стоянки. Поперек одной из карт пролегла нанесенная красными чернилами зигзагообразная линия с двумя красными крестами...

    Неизвестно, кто нарисовал эту карту и кто зарыл на Оуке золото. Только в 1951 году рыбаки неподалеку от острова выловили бронзовую табличку с надписями «Уильям Кидд» и «Кедахский купец». «Кедахский купец» — это корабль с золотом, который в 1698 году захватил Кидд.

    Сейчас большинство кладоискателей, ведущих поиски на Оуке, склоняются к тому, что сокровища на острове — пиратские. Кому же принадлежит оукский клад? Самая популярная личность в этом списке — капитан Кидд. За ним следует Генри Морган, захвативший в Панаме колоссальные ценности. Потом называют Черную Бороду, Неда Лоу и так далее...

    ПИАСТРЫ, ПИАСТРЫ, ПИАСТРЫ!

    Во все времена пираты, чтобы спрятать захваченную добычу, закапывали ее в землю или укрывали в надежном месте. Пиратские клады овеяны романтическим ореолом. До сих пор не могут отыскать сокровища знаменитых капитанов Моргана, Кидда или Черной Бороды. Разбойник Левассер, когда его вели на виселицу, неожиданно кинул в толпу, собравшуюся перед эшафотом, свернутый лист пергамента. На нем были начертаны непонятные знаки.
    - Прочитайте это, и вы станете обладателем несметных богатств! —успел крикнуть пират, перед тем, как веревка стянула его шею.

    До сих пор клад Левассера не найден.

    Великое множество затонувших судов покоится на дне океана. Ежегодно в мире тонет более 2 тысяч кораблей. Можно представить себе, какие сокровища содержат трюмы этих судов. Подсчитали, что только в 90-е годы нашего века водолазы подняли и зарегистрировали серебряных и золотых монет, колец, цепей и других вещей из драгоценных металлов более чем на 2 миллиарда долларов.

    Сегодня подводные поиски ведут тысячи энтузиастов. Чтобы как-то упорядочить свою деятельность, они объединяются в клубы. Названия их временами весьма экзотичны: «Корпорация охотников за сокровищами», «Атлантическая подводная компания» и даже «Информационная служба затонувших сокровищ» с центром в Нью-Йорке. Цели этих обществ благородны — они стремятся научить своих членов правилам обращения с находками, потому что даже добросовестные любители по неведению наносят непоправимый вред археологическим ценностям. И еще клубы призваны помешать бурной деятельности контрабандистов. Первый закон против «подводных пиратов» был подписан еще министром финансов короля Людовика XIV в 1681 году.

    В последние годы найдены несколько кораблей знаменитых пиратов. В 1980 году французские аквалангисты обнаружили фрегат Генри Моргана «Оксфорд», на котором 2 января 1669 года взорвалась крюйт-камера, и он пошел ко дну с большим грузом золота. Аквалангисты подняли на поверхность ценностей на несколько миллионов долларов.

    В 1987 году Анри-Роже Лаудон, страстный охотник за сокровищами из Франции, наткнулся на корабль своего соотечественника — пирата Сюркуфа «Фудр». Бочонков с золотом на нем не оказалось, но, когда по огромному судовому якорю случайно прошлись напильником, он заблестел. Оказалось, что якорь, который весил 470 килограммов, был отлит из сплава золота и серебра.

    УИЛЬЯМ ФИППС - ОХОТНИК ЗА СОКРОВИЩАМИ

    Пожалуй, самым удачливым искателем сокровищ в Карибском море был Уильям Фиппс. Он родился в 1650 году в Бостоне, одно время работал конопатчиком на судовой верфи, затем приобрел корабль «Звезда Бостона» и занялся торговыми операциями.
    Фиппса уважали за честность и скрытность. Он никогда не занимался морским разбоем и снабжал жителей испанских колоний самыми разнообразными товарами. Роль поставщика была в то время отнюдь не из легких и требовала от исполнителя не только недюжинных дипломатических и коммерческих способностей, но и незаурядного искусства управления судном.

    На самом деле Уильям Фиппс был контрабандистом. Он считал этот промысел менее опасным и более надежным, чем ремесло простого пирата. Фиппс закупал на островах сахар, ваниль, индиго и, главным образом, табак, пользовавшийся большим спросом в Англии с тех пор, как сэр Уолтер Рэйли, фаворит королевы Елизаветы, открыл придворным, какое наслаждение доставляет курение этого зелья.

    Однажды на острове Эспаньола Фиппс встретил старика, бывшего матроса. Встреча эта изменила всю его дальнейшую жизнь. Старик служил рулевым на «Нуэстра сеньора де ла консепсьон», адмиральском корабле испанской флотилии. Этот галион разбился на рифах Силвер-Банк. На корабле находились несметные сокровища: слитки золота и серебра из Перу, драгоценные камни из Колумбии, жемчуг из Венесуэлы. Старик передал Фиппсу карту с указанием места гибели галиона.

    Фиппс ничуть не усомнился в правдивости слов старика. Но он хорошо знал, что, если ему удастся найти и поднять на борт сокровища, вся окрестная пиратская братия объединится, чтобы ограбить его. Нельзя было надеяться на сохранение подобного предприятия в тайне. Необходима поддержка могущественного покровителя.

    Уильям и раньше мечтал о сокровищах, которые хранило море с той поры, как Испания начала вывозить золото индейцев из Нового Света. Англичане первыми занялись таким прибыльным делом, как добыча сокровищ испанских галионов. Почти все суда, затонувшие в водах Карибского моря, потерпели крушение на мелководье. Они разбивались о скалы и рифы, и водолазам не стоило большого труда добраться до обломков кораблекрушения.

    Жители Карибских стран издавна занимались водолазным промыслом. Еще Христофору Колумбу было известно, что туземцы добывали из моря жемчуг возле берегов современной Венесуэлы. Жители Багамских островов славились в ту пору, как лучшие водолазы Нового Света. Испанцы часто прибегали к их услугам, чтобы спасти хотя бы часть груза, находившегося на затонувших галионах.

    На Эспаньоле ни для кого не было секретом, что адмирал Вильявисенсио предпринимал неоднократные, хотя и безуспешные попытки отыскать затонувший галион «Нуэстра сеньора де ла консепсьон».
    Во второй половине XVII века Порт-Ройал на Ямайке стал центром для искателей сокровищ, которые вели свои операции на Силвер-Банке и в других местах, причем зачастую получали немалые барыши. На островах Карибского моря хранилось немало сведений о местонахождении затонувших судов. Кое-кому было суждено отыскать и останки легендарного галиона. Слухи о нем достигли даже Англии, где нашлось немало людей, готовых финансировать предприятие, сулившее громадные прибыли.

    Уильям Фиппс отлично понимал, что доверить тайну грозному Моргану или другим ямайским авантюристам было бы чистым безумием. Они бы увели у него из-под носа все сокровища! Заполучить хорошо вооруженные корабли и могущественного покровителя Фиппс мог только в Лондоне.
    Уильям продал «Звезду Бостона», отправился в Англию и сумел заинтересовать в своем предприятии короля Карла II. Этот галантный монарх, по духу больше француз, чем англичанин, обожал празднества и увеселения и постоянно сидел без денег. Фиппсу удалось заполучить фрегат с 18 пушками, носивший имя «Роза Алжира».

    Вернувшись в Карибское море на английском фрегате, Уильям направился к рифу Силвер-Банк. Он спустил на воду все шлюпки, но не увидел ничего, кроме чудесного подводного мира, созданного кораллами. Фиппс проклинал себя за то, что не зашел на Эспаньолу и не захватил там туземных водолазов. Между тем запасы истощались, а срок плавания подходил к концу. Экипаж взбунтовался, и Фиппсу пришлось вернуться на Эспаньолу.
    В Лондоне охотнику за сокровищами предстояло отчитаться перед королем Карлом II. Однако к этому времени Карл скончался. Новый король Яков II отличался болезненной подозрительностью и нетерпимостью. Уильям Фиппс попал в крайнюю немилость. Его попросту не допустили ко двору.

    Но это не сломило Фиппса. Его опорой был сэр Джон Марлборо. К предприятию Фиппса примкнул также Генри Кристофер, герцог Олбермарлский. В июне 1686 года герцогу удалось добиться от Якова П разрешения на поиски и подъем затонувших судов к северу от Эспаньолы. Герцогу предоставлялось право собственности на все добытые таким образом богатства при условии выплаты королевской десятины.

    Фиппс зафрахтовал фрегат «Джеймс энд Мэри» и корабль «Генри оф Лондон» с 10 пушками на борту. На этот раз Уильям захватил с собой странное приспособление, с помощью которого он намеревался извлечь сокровища из затонувшего судна. Это была огромная бочка с железными обручами, снизу которой привешивался тяжелый груз. Фиппс собирался использовать ее для погружений на морское дно.
    Это приспособление было уже известно в течение ряда лет под названием «каталонского колокола», но лишь немногие хорошо натренированные и отважные пловцы решались им пользоваться.

    22 февраля оба корабля, после недолгой стоянки у Эспаньолы, бросили якорь у рифа Силвер-Банк. Помощник капитана Уильям Ковелл убедил экипаж немедленно приступить к поискам, и до наступления ночи они подняли на борт немало золотых монет. Возбуждение охватило всю команду. Если позволяла погода, матросы целый день ныряли в воду. Сначала добытые сокровища регистрировались судовым писцом, но, по мере того как они накапливались на борту «Джеймс энд Мэри», стали считать только восьмиреаловики, серебряные слитки и блюда из драгоценных металлов...

    Работы у рифов велись уже два месяца. Матросы и водолазы выбились из сил. Сокровища добывались ценой невероятных усилий. Истощение запасов продовольствия, отвратительная вода, загнившая в бочонках, и вид сокровищ, ежедневно извлекаемых из обломков, довели экипаж до отчаяния. Назревал бунт.

    Однажды утром люди Фиппса были неприятно удивлены появлением у рифа легкого шлюпа, который бросил якорь по соседству с затонувшим судном. Это были бывшие компаньоны Уильяма по его первой неудачной вылазке. Он заключил с ними соглашение, что они могут произвести подводные работы, но должны отдавать Фиппсу половину найденного.
    Оставшиеся на галионе мешки с деньгами и золотыми слитками находились в нижнем трюме, и доступ к ним был затруднен. Водолазы часто возвращались на поверхность с пустыми руками. Фиппсу удалось уговорить лучшего из водолазов проникнуть глубже, в разрушенный корпус. Этот человек долго оставался под водой, и когда его подняли на поверхность, по его лицу струилась кровь. В лодку его пришлось втащить на руках. Когда водолаз пришел в себя, он сообщил, что нашел на дне большой сундук, настолько тяжелый, что его не удалось даже сдвинуть с места.

    Потребовалось еще три дня, чтобы застропить сундук, вытащить его из трюма и поднять на борт «Джеймс энд Мэри». Когда матросы, орудуя топорами, вскрыли его, оттуда посыпались жемчуг, изумруды, бриллианты, золотые украшения и хрустальные бокалы, которые, падая на палубу, разбивались на тысячи осколков.

    Эта сказочная добыча вдохнула новые силы в сердца охотников за сокровищами. Однако питьевая вода и продовольствие были на исходе, и Фиппс отправил на Ямайку шлюп для пополнения припасов. Его долго не было, а на горизонте сгущались тучи, предвещая приход циклона. И 19 апреля 1687 года «Джеймс энд Мэри» и «Генри оф Лондон» снялись с якорей.

    Не успели их паруса наполниться ветром, как наблюдатель на марсе сообщил, что видит в море корабль. Это была французская бригантина «Глуар» с двадцатью пушками на борту. Капитан ее прославился на Антильских островах своими дерзкими набегами.
    Было мало шансов, что корсара испугают 22 пушки «Джеймса энд Мэри» и 10 пушек «Генри оф Лондон». Фиппс решил любой ценой уклониться от битвы. Он не хотел рисковать своим драгоценным грузом.

    Корсар немедленно начал преследование. Наступила ночь. В непроглядной тьме корабли Фиппса шли вслепую на всех парусах. Между тем море в этом районе было сплошь утыкано подводными рифами. Уильям Фиппс отдал приказ следовать к северо-восточной оконечности опаснейших скал банки Мушуар. Когда грохот разбивающихся о скалы волн стал отчетливым, Фиппс велел спустить паруса и бросить якорь. Волнение на море усилилось, шквалы налетали один за другим, и все матросы молили Бога, чтобы не сорвало якоря.

    Когда наступило утро, французского судна не было. Видимо, обманутый маневром Фиппса, корсар унесся на всех парусах вперед и потерял желанную добычу из виду. После этого был долгий переход через Атлантику, и 6 июня Фиппс благополучно возвратился в английский порт Детфорд, который его корабли покинули девять месяцев назад.

    Начался долгий дележ добычи Фиппса, причем обделенным не желал быть никто. Своя доля досталась и герцогу Олбермарлскому (43 тысячи фунтов). Позднее говорили, что герцог плавил золото в своем саду, а его друзья острили, что ему суждено провести остаток дней у плавильной печи.

    Бывший бостонский плотник Уильям Фиппс получил обещанную ему по договору шестнадцатую часть добычи, или более 11 тысяч фунтов, не считая мелких находок. Он был удостоен рыцарского звания, а позднее вернулся в Новую Англию и стал губернатором Массачусетса. Правда, на этом посту Фиппс особой славы не снискал, потерпел поражение в войне с французами и нищим вернулся в Англию, где за долги был посажен в тюрьму. Там он и умер, едва достигнув сорока четырех лет.

    Хоронили Фиппса за счет королевской казны. На барельефе памятника, который поставила на его могиле жена Уильяма, был изображен корабль «Джеймс энд Мэри», стоящий на якоре.

    Rambler's Top100






    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru