фл.семафором протокол
исполнить цепочку-на главную в кубрик-на 1 стр.
  • главная
  • астрономия
  • гидрометеорология
  • имена на карте
  • судомоделизм
  • навигация
  • устройство НК
  • памятники
  • морпесни
  • морпрактика
  • протокол
  • сокровищница
  • флаги
  • семафор
  • традиции
  • морвузы
  • мороружие
  • словарик
  • моравиация
  • кают-компания





  •  

    Международно-правовые положения,
    касающиеся войны на море

     

     




    Начало войны и ее юридические последствия

     


         Состояние войны — это совокупность правоотношений, вызванных вооруженной борьбой. Переход государств от мира к воине коренным образом изменяет отношения между воюющими государствами, а также между воюющими и нейтральными государствами Начало войны вызывает возникновение определенных юридических последствий как для участвующих, так и для не участвующих в войне государств.
         По современному международному праву возникают различные юридические последствия для государства или группы государств, развязавших агрессивную войну, и для государства или группы государств, подвергшихся вооруженному нападению.
         Государство-агрессор, развязавшее войну, несет политическую и материальную ответственность за подготовку и развязывание агрессивной войны. К этим формам ответственности государства за агрессию может добавиться ответственность за нарушение законов и обычаев войны, как это имело место в отношении Германии и Японии во второй мировой войне.
    Юридическим последствием вооруженной агрессии для государств, подвергшихся вооруженному нападению, является реализация их прав на индивидуальную или коллективную самооборону, предусмотренную ст. 51 Устава ООН. Право на индивидуальную или коллективную самооборону — это право на ответные боевые действия против агрессора, право применить вооруженные силы для отражения вооруженной агрессии в целях защиты своего суверенитета и территориальной целостности.
         Наиболее общим последствием возникшего состояния войны является разрыв дипломатических и консульских отношений, экономических, культурных и иных
    юридически оформленных связей между воюющими государствами.
     

         С возникновением войны вступают в силу, т. е. начинают действовать, договоры и конвенции, специально заключенные на случай войны.
         Вступают в силу договоры о дружбе, союзе и взаимной помощи, предусматривающие коллективную оборону против агрессора, а также положения конвенций о законах и обычаях войны, о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта. Кроме того, начинают действовать положения конвенций, регламентирующие военное и торговое судоходство воюющих и нейтральных государств в открытом море, по международным проливам и каналам.   Вступают в силу положения о действиях подводных лодок против торгового судоходства, правила установления морской блокады, обращения торговых судов в военные, определяющие режим госпитальных судов, военно-санитарных транспортов и т. д.
         С началом войны воды воюющих государств и воды открытого моря становятся театром военных действий. Согласно Женевским конвенциям 1949 г. государства, участвующие в войне, обязаны «при любых обстоятельствах соблюдать и заставлять соблюдать» законы и обычаи войны.
         Одним из правовых последствий начала военных действий на море является так называемое право захвата н конфискации судов, принадлежащих другой воюющей стороне, и право задержания, осмотра и реквизиции воюющими государствами судов нейтральных стран.

     

    Театр военных действий на море



         Театр военных действий на море охватывает прибрежные морские воды воюющих государств, воды открытого моря и воздушное пространство над ними, в пределах которых вооруженные силы воюющих государств вправе применять оружие и осуществлять другие формы воздействия на своих противников.
         Международное право запрещает превращать в театр военных действий территориальные и внутренние воды, а также воздушное пространство нейтральных стран. В равной мере запрещается вести боевые действия и использовать в каких-либо военных целях территориальные воды нейтрализованных и демилитаризованных территорий и архипелагов. Грубым нарушением норм международного права в период второй мировой войны явилось, например, использование военно-морскими силами фашистской Германии территориальных вод нейтрализованных международными договорами островов Шпицбергена и Аландских.
         Превратив в театр военных действий зону нейтрализованного Суэцкого канала в период агрессии против Египетской Республики в 1956 г., Англия, Франция и Израиль грубо нарушили Международную конвенцию 1888 г. и нормы современного международного права.
     

         Практика прошлых мировых воин свидетельствует о том, что театр военных действий на море разбивается на зоны со специальным режимом боевой деятельности сил, выделяемых в операцию, и зоны с соответствующим режимом судоходства воюющих и нейтральных стран. Военным зонам присваивались наименования «оборонительных», «закрытых для судоходства», «зон неограниченной подводной войны», «зон патрулирования» и др. На Тихом океане в период второй мировой войны США устанавливали «специальные зоны подводных лодок», а в Атлантическом океане - «зоны патрулирования».
         Еще в период первой мировой войны Германия объявила «военной зоной» (4 февраля 1915 года» все воды, омывающие Англию, Ирландию и Шотландию. В этой зоне как неприятельские, так и нейтральные суда могли быть потоплены без всякой гарантии для жизни и безопасности экипажей и пассажиров.
         Эта зона вокруг Англии была в 1917 г. расширена. Граница ее проходила по меридиану 30° з. д. и от 47°00’ до 57°00’ с. ш. «Запретная зона» была установлена посередине Атлантического океана на путях из Америки в Европу и у западного побережья Африки. «Опасной зоной» объявлялось все Северное и почти все Средиземное моря.
    Англия объявила (21 октября 1914 г.) все Северное море «театром военных действий», в пределах которого торговые, рыболовные и иные суда подвергались «чрезвычайной опасности от мин».
     

         США в 1918 г. установили «запретную зону», простирающуюся в сторону Атлантического океана на сотни миль.
         В апреле 1941 г. США расширили «зону патрулирования» до линии, охватывающей все воды Северной Атлантики к западу от 26° з. д.
         В период агрессивной войны в Корее США незаконно устанавливали так называемую оборонительную зону вокруг Корейского полуострова. Советское правительство расценило это как новый акт агрессии, ответственность за последствия которой возлагалась на правительство США.
         Явно незаконный характер носили также объявленные командованием военно-морских сил Англии и Франции «закрытые для торгового судоходства» зоны в восточной части Средиземного моря и в северной части Красного моря в период агрессии против Египта в 1956 г. В ответ на эти неправомерные действия, препятствующие судоходству в Средиземном и Красном морях, правительство СССР заявило решительный протест.
         Грубо нарушив общепризнанные нормы международного права, Устав ООН и Женевские соглашения 1954 г., США развязали агрессивную войну против Вьетнама и в ходе ее незаконно объявили прилегающие к этой стране воды на расстоянии до 100 миль от побережья «районом, в котором вооруженные силы США участвуют в боевых действиях».
     

         В современных условиях приобретают важное значение зоны, свободные от ракетно-ядерного оружия. 20 мая 1963 г. Советский Союз вновь предложил западным державам объявить весь район Средиземного моря зоной, свободной от ракетно-ядерного оружия, и заявил о готовности взять на себя обязательство не дислоцировать в водах этого моря ядерное оружие и средства его доставки, если такие обязательства будут взяты другими державами. СССР готов дать надежные гарантии того, что район Средиземного моря в случае каких-либо военных осложнений будет рассматриваться вне сферы применения ядерного оружия.
    Зоны, свободные от ракетно-ядерного оружия, могут быть распространены на Балтийское и Черное моря, а также на другие районы Мирового океана.



    Запрещенные средства войны



         Согласно ст. 23 Положения о законах и обычаях сухопутной войны, приложенного к IV Гаагской конвенции 1907 г., воюющие не пользуются неограниченным правом в выборе средств и способов ведения войны. Кроме ограничений, установленных особыми соглашениями, воспрещается: употреблять яд или отравленное оружие; предательски убивать или ранить лиц, принадлежащих к населению или войскам неприятеля;
    употреблять оружие, снаряды или вещества, способные причинять излишние страдания; незаконно пользоваться парламентерским или национальным флагом, военными знаками и форменной одеждой неприятеля, а также отличительными знаками, установленными Женевскими конвенциями, об оказании помощи раненым, больным или погибающим в море. Запрещается истреблять или захватывать неприятельскую собственность, кроме случаев, когда подобное истребление или захват настоятельно вызываются военной необходимостью, объявлять, что никому не будет дано пощады, и т. п. Воюющему запрещено принуждать граждан противной стороны принимать участие в военных действиях, направленных против их страны, даже в том случае, если они были на его службе до начала войны.

        

         Кроме перечисленных выше, имеются ограничения, предусмотренные рядом других международно-правовых актов.
         Так, Петербургская декларация 1868 г. запрещает применение разрывных и зажигательных пуль, а также подобных снарядов весом менее 400 г. Хотя это положение в связи с развитием военной техники в известной степени и устарело, тем не менее Петербургская декларация не теряет своего значения и в настоящее время, потому что она исходит из необходимости запрещения применения разрывных пуль непосредственно против живой силы воюющих, т. е. против людей.
         К этому направлена 1акже 3-я Гаагская декларация 1899 г., запрещающая применение пуль, «легко разворачивающихся или сплющивающихся в человеческом теле», которая дополняет и уточняет суть запрета, установленного Петербургской декларацией 1868 г.
         Совершенно очевидно, что борьба с боевой авиацией противника, а также наземными механизированными боевыми средствами требует использования бронебойных, разрывных, зажигательных пуль, малокалиберных и крупнокалиберных образцов стрелкового оружия, а также разрывных снарядов малокалиберной артиллерии. Однако применение таких пуль и снарядов для стрельбы по живой силе противника не вызывается необходимостью и является нарушением международного права.
     

         Кроме приложения к IV Гаагской конвенции 1907 г. имеются специальные международно-правовые акты, устанавливающие более широкое запрещение применения всяких других химических средств войны. Так, 2-я Гаагская декларация 1899 г. запрещает «употреблять снаряды, имеющие единственным назначением распространять удушающие или вредоносные газы». Женевский протокол 1925 года запрещает применение на войне удушливых, ядовитых или других подобных газов и бактериологических средств. Протокол является, таким образом, наиболее общей, универсальной нормой международного права, запрещающей всякие виды и формы химической и бактериологической войны, и потому имеет особенно важное значение.
         Присоединившись к Женевскому протоколу, СССР сделал следующие две существенные оговорки:
    что названный Протокол обязывает правительство СССР только по отношению к государствам, которые его подписали и ратифицировали или к нему окончательно присоединились, и что названный Протокол перестанет быть обязательным для правительства СССР в отношении всякого неприятельского государства, вооруженные силы которого, а также формальные или фактические союзники которого не будут считаться с воспрещением, составляющим предмет этого Протокола.
     

         Женевский протокол подписан большинством стран мира. Однако около 20 стран еще не являются участниками этого Протокола, в том числе США и Япония.
         Грубое нарушение требований Женевского протокола допущено было фашистской Италией, применившей отравляющие вещества против народа Эфиопии во время итало-абиссинской войны 1935-1936 гг., а также частично гитлеровской Германии - на советско-германском фронте. Однако Германия, опасаясь ответного удара, не осмелилась применить химические и бактериологические средства против СССР в широких масштабах. В предотвращении этой опасности решающую роль сыграли готовность СССР к химической войне в случае применения химических или бактериологических средств его противниками и предупреждение, сделанное Советским правительством при присоединении к Женевскому протоколу. Такое же предупреждение о недопустимости применения газов и бактериологических средств было сделано и другими членами антигитлеровской коалиции — США и Англией.
    Советское правительство в ноте от 26 марта 1965 г. решительно осудило применение отравляющих газов против населения Южного Вьетнама и квалифицировало этот факт как грубейшее нарушение общепризнанных норм международного права, попрание элементарных принципов человеческой морали и гуманности.
         Вопрос о запрещении применения средств массового уничтожения находится в настоящее время в центре внимания всего человечества в связи с появлением атомного и водородного оружия. Советский Союз еще в 1946 г. на первой сессии Генеральной Ассамблеи ООН внес предложение о запрещении атомного оружия. 14 декабря 1946 г. Генеральная Ассамблея приняла резолюцию, в которой указывалось на необходимость скорейшего запрещения применения атомной энергии в военных целях. На всех последующих сессиях Генеральной Ассамблеи СССР систематически ставил вопрос об использовании атомной энергии только в мирных целях и запрещении применения ее в целях военных. Однако империалистические державы отклоняют эти предложения и препятствуют разработке конвенции о запрещении атомного оружия и других средств массового уничтожения.
     

         К числу запрещенных международное право относит и некоторые способы ведения войны. Так, согласно IX Гаагской конвенции 1907 г. военно-морским силам воюющих сторон запрещается бомбардировать с моря незащищенные порты, города, селения, жилища или строения.
         В тех случаях, когда в указанных портах или населенных пунктах имеются военные склады или сооружения, командующий военно-морскими силами, действующими у берегов данных пунктов, может потребовать от местных властей разрушить указанные объекты. Только в случае отклонения этих требований он может подвергнуть такие объекты бомбардировке с моря, приняв, однако, необходимые меры по ограничению возможных вредных последствий для населенного пункта.
         Конвенция запрещает бомбардировку населенных пунктов за неуплату жителями денежных контрибуций.
         Нельзя не отметить, что некоторые положения IX Конвенции империалистические державы используют для оправдания своего произвола, как это имело место с формулировкой, разрешающей бомбардировку незащищенных населенных пунктов в случае отказа жителей «подчиниться реквизициям продовольствия или запасов, необходимых... для нужд морской силы...».

     

    Воюющие на море (комбатанты и некомбатанты)



    (
    Выдержки из Женевских протоколов смотрите по этой ссылке слева)

         В отличие от комбатантов в войне на суше комбатантами (законно воюющими) в морской войне являются не только лица, состоящие в рядах военно-морских сил, но и суда, отвечающие определенным требованиям.
    Лица, принадлежащие к военно-морским силам, признаются комбатантами или некомбатантами по тем же признакам, что и в сухопутной войне. Что же касается признания судов в качестве комбатантов, то необходимо учитывать правовое значение самого факта такого признания.

     
         Судно, признанное в качестве комбатанта:
    а) признается военно-морской единицей, имеющей право вести военные действия (применять оружие) против неприятеля, и не несет за это никакой ответственности, если действует, сообразуясь с международными правилами ведения войны;
    б) само является объектом действия со стороны неприятеля, который может применять против него оружие без предупреждения;
    в) лица, входящие в состав экипажа такого судна и оказавшиеся в руках противника, должны пользоваться покровительством конвенций о защите жертв войны.
     

         Из этого вытекает, что судно воюющей стороны, не пользующееся правами комбатанта, в случае применения оружия для нападения на суда противника рассматривается как пиратское и подлежит захвату или уничтожению без ограничений, а экипаж несет ответственность в соответствии с Конвенцией об открытом море 1958 года, а в случае захвата в территориальных водах какой-либо страны - в соответствии с законами прибрежного государства.
     

         Каперство (арматорство, корсарство), т. е. право частных владельцев морских судов вести военные действия по разрешению своего правительства (каперскому патенту) против судов противника, запрещено Парижской декларацией 1856 г.
     

         В качестве комбантантов в морской войне рассматриваются все входящие в вооруженные силы воюющей стороны военные корабли независимо от типа и способа зачисления их в военно-морской флот.
         К ним относятся:
    а) все боевые корабли любого вида и класса;
    б) вспомогательные суда, служащие для обеспечения военного флота вооружением, боеприпасами, продовольствием или используемые для экипировки военных кораблей в море;
    в) торговые суда, официально обращенные в военные в соответствии с требованиями VII Гаагской конвенции 1907 г.
    Согласно Корабельному уставу ВМФ СССР советским военным кораблем считается всякое судно, несущее присвоенный ему военно-морской флаг Союза ССР. Военный флаг служит важнейшим отличительным признаком принадлежности судна к военному флоту.

     

    Превращение торговых судов в военные. Вооружение торговых судов

     

    Превращение торговых судов в военные

     
         Вопрос о превращении торговых судов в военные возник во второй половине XIX в. после запрещения каперства, но получил окончательное разрешение только в VII Гаагской конвенции, действие которой относится только к периоду войны.
        

         По этой конвенции проводимое в период войны превращение торговых судов в военные считается законным только при соблюдении следующих условий:


    -
    судно должно быть поставлено под прямую власть, непосредственный контроль и ответственность государства, под флагом которого оно плавает;
    - преобразованное судно должно иметь внешние отличительные признаки военных кораблей, т. е. нести военный флаг и вымпел, и находиться в списках военного флота;
    - командир судна должен находиться на действительной военной службе;
    - экипаж судна должен подчиняться правилам военной дисциплины;
    - судно должно соблюдать законы и обычаи войны.

         В IX Гаагской конвенции не был разрешен вопрос о месте превращения торгового судна в военный корабль, равно как н вопрос о возможности во время войны обратно быть превращенным в торговое судно. Уже тогда Англия, США, Япония и Голландия отстаивали положение, что превращение торгового судна в военное должно проводиться только в отечественных портах и водах. Эти страны были заинтересованы в том, чтобы суда других держав, располагающих меньшим, чем они, количеством портов, не могли поднимать военный флаг в открытом море. Россия, Франция, Италия и Германия считали, что такое превращение торговых судов в военные возможно и законно также и в открытом море.
         Не было достигнуто соглашения по данному вопросу и на Лондонской морской конференции в 1909 г.
         Во время первой мировой войны 1914—1918 гг. Великобритания, Франция и Италия превратили большое число торговых судов в военные корабли и использовали их для защиты своих морских коммуникаций. В свою очередь Германия также превратила значительное число своих торговых судов в военные корабли для посылки их в отдаленные районы океанов и морей в виде рейдеров-ловушек английских торговых судов, причем в ряде случаев такое превращение делалось в открытом море.
     

         В период второй мировой войны Англия, Франция также превращали значительное число своих торговых судов в военные корабли, используя их для конвоирования караванов торговых судов и защиты своих морских коммуникаций. Аналогичные превращения торговых судов в военные имели место и со стороны Германии я Италии.
     

     

    Вооружение торговых судов

     

         Проблема правового положения вооруженных торговых судов является исключительно сложной и запутанной, поскольку не имеется общепризнанных норм или какой-либо специальной конвенции по этому вопросу.
         Впервые вопрос о вооружении торговых судов был поднят в Англии в начале XIX в. В 1815 г. вооружение торговых судов официально было признано верховным судом США, но при условии что вооружение торговых судов должно предназначаться исключительно для защиты, но не для нападения.
         В первую мировую войну в целях защиты от германских подводных лодок большая часть торговых судов Англии и Франции была вооружена артиллерией.
         Право вооружаться с целью самообороны открыто не оспаривалось в то время ни одним государством, кроме Германии и Голландии. Германия вовсе не признавала права вооружения торговых судов и рассматривала вооруженные торговые суда как военные. Специальной декларацией о нейтралитете от 5 августа 1914 г. Голландия запретила заход в голландские порты всем военным кораблям и приравненным к ним судам, в том числе и торговым судам, вооруженным артиллерией.
         Другие нейтральные государства вопрос о допуске вооруженных торговых судов в свои порты решали в тот период, как правило, в зависимости от занятой ими позиции в отношении каждой из воюющих сторон. Так, правительство США 19 сентября 1914 года предписывало властям всех американских портов делать различие между торговыми судами, вооруженными для обороны и для нападения. Суда с вооружением, предназначенным только для обороны, этим распоряжением признавались как обычные торговые суда.
     

         После первой мировой войны был предпринят ряд попыток разрешить вопрос о вооружении торговых судов на период войны.
         Например, Вашингтонским договором 1922 г. об ограничении вооружения было разрешено (ст.19) необходимое укрепление палуб в мирное время для установки на случай войны орудий калибра до 6 дюймов. Это же правило было подтверждено в ст. 9 Лондонского морского договора 1930 г., по которому разрешалось подкрепление в мирное время палуб торговых судов с таким расчетом, чтобы предельный калибр орудий, которые могут устанавливаться на этих судах на случай войны, не превышал 6,1 дюйма (155 мм).
         Однако эти положения не были поддержаны всеми государствами.
    (Наоборот, Гаванской конвенцией от 20 февраля 1928 г., заключенной американскими странами на так называемой Панамериканской конференции, предусматривалось, что вооруженные торговые суда в отношении пребывания н снабжения в нейтральных портах должны приравниваться к военным кораблям. Это положение было отменено Генеральной декларацией, принятой американскими республиками 3 октября 1939 г. в Панаме).
         Задолго до второй мировой войны крупные капиталистические державы начали усиленную подготовку своего торгового флота к войне. Особенно интенсивно готовили к этому свой торговый флот Англия и Япония.
         Такая подготовка велась по линии повышения требований к непотопляемости торговых судов, увеличения их скорости, установки фундаментов и подкреплений под орудия, оборудования погребов для боезапаса, устройства приспособлений для производства минных постановок, сбрасывания глубинных бомб и т. п.
         Достаточно сказать, что уже к весне 1939 г. у Англии было готово 2000 орудий различных калибров для установки на торговых судах. Более чем на 1000 судах было произведено крепление палуб для установки этих орудий.
         В 1938 г. британское адмиралтейство издало специальное Руководство по защите торгового судоходства, которым предусматривалось в случае войны вооружение всего британского торгового флота. В то же время английские юристы приложили немало усилий к тому, чтобы обосновать право торговых судов на вооружение с сохранением за ними статуса обычного торгового судна.
     

         Право вооружения торговых судов, но только для самозащиты получило отражение в Правилах о нейтралитете, принятых Скандинавскими странами в 1938 г., в Голландской декларации о нейтралитете 1939 г. и в Генеральной декларации американских республик, принятой 3 октября 1939 г. в Панаме.
         В период второй мировой войны фактически все государства вооружали свои торговые суда. Вместе с тем германские подводные лодки топили как вооруженные, так и невооруженные торговые суда без всякого предупреждения и без принятия мер по спасению экипажей торговых судов.
         После окончания войны вопрос о правовом положении вооруженных торговых судов также остался открытым. Самым спорным при этом стал вопрос о том, сохраняет ли вооруженное торговое судно, несмотря на факт его вооружения артиллерией, свой прежний статус обычного торгового судна и пользуется ли оно иммунитетом от атаки без предупреждения и без принятия мер по спасению экипажа и пассажиров. Ведь факт наличия на таком судне орудий практически делает невозможным для подводной лодки предупреждение об атаке, поскольку подводная лодка может быть обстреляна или протаранена этим судном. Еще из практики первой мировой войны известно об использовании англичанами и французами специальных судов-ловушек для борьбы с немецкими подводными лодками. Для этой цели англичанами и французами были переоборудованы десятки торговых и рыболовных судов, в том числе значительное число парусных судов. Эти суда хорошо вооружались, маскировались под торговые или рыболовные суда нейтральных государств, пользовались нейтральным флагом и нападали на подводные лодки, как правило, внезапно, когда те подходили на близкое расстояние, рассчитывая, что перед ними невооруженные торговые или рыболовные суда. Таким путем было потоплено значительное число немецких подводных лодок. Из этого видно, что вооруженные торговые суда представляют серьезную опасность для подводных лодок.
     

         В последние годы страны агрессивного блока НАТО вынашивают планы о создании многосторонних ядерных сил, и в частности специальных морских ракетных ядерных сил, состоящих «в многостороннем владении и под многосторонним контролем». По данным иностранной прессы, предусматривалось создание уже к 1967 г. специального флота НАТО, состоящего из 25 — 30 надводных военных кораблей, вооруженных каждый восемью ракетами «Поларис» с атомными боеголовками и замаскированных под обычные грузовые транспорты. Такие суда будет трудно отличить от многих тысяч подобных им торговых судов. В дальнейшем планируется увеличить количество таких судов в несколько раз, с тем чтобы они могли плавать на подступах к Советскому Союзу и другим социалистическим странам и в случае необходимости внезапно нанести ракетно-ядерные удары по жизненно важным центрам этих стран.
         Вооружение судов в мирное время ракетами «Поларис» и маскировка таких судов под обычные торговые суда являются грубейшим нарушением международного права и Устава ООН. Такие замаскированные вооруженные суда должны рассматриваться как пиратские.
         Отмечая незаконный характер вооружения судов и маскировки их под торговые суда, Советское правительство в ноте, направленной 8 апреля 1963 г. правительству США н некоторым другим странам, заявило решительный протест и обратило внимание на следующее:
    «В случае конфликта... страны, против которых направлены военные приготовления Североатлантического блока, были бы вынуждены постоянно держать в фокусе прицелов своих средств возмездия и наиболее оживленные морские пути, где под видом мирных торговых судов могли бы скрываться корабли — носители ядерных ракет. Кстати говоря, согласно Гаагской конвенции даже во время войны вооружение торгового судна и превращение его тем самым в военный корабль не может быть осуществлено тайно. А штабы НАТО хотят ввести в практику такие вероломные приемы уже в мирное время. Так, в планах многосторонних сил НАТО мораль средневековых пиратов сплетается с новейшими достижениями ракетно-ядерной техники. Если бы по морям начали шнырять военные корабли НАТО, прикрывающиеся торговым флагом, то это было бы практически равносильно необъявленному состоянию войны».
     

         Исходя из сказанного можно сделать следующие выводы о правовом положении вооруженных торговых судов:
    - Специальной конвенции, в которой были бы разрешены вопросы относительно вооружения торговых судов и их правового положения, не имеется.
    - Вооружение торговых судов возможно только в период войны в целях самозащиты.
     

         Практика двух мировых войн показала, что почти все воюющие государства в период войны вооружали свои торговые суда. Однако в первую очередь торговые суда вооружали те государства, которые имели большой торговый флот и зависели от ввоза необходимых товаров из других стран.
         Требование о признании за вооруженными торговыми судами статуса обычных (невооруженных) торговых судов и, следовательно, иммунитета от атак подводных лодок без предупреждения не подтверждено международным правом.
         Вооружение в мирное время специальных кораблей ракетами «Поларис» и маскировка их под обычные торговые суда являются грубым нарушением международного права, Устава ООН, типичным вероломством в отношениях между государствами и практически равносильно необъявленному состоянию войны. Такие суда, предназначенные для нападения, в случае их появления в водах открытого моря с точки зрения международного права должны рассматриваться как особо опасные пиратские суда со всеми вытекающими отсюда последствиями.



    Морская блокада



    Понятие морской блокады

         Под морской блокадой в современном международном праве понимается система насильственных действий военно-морского флота воюющего государства (группы государств). Цель блокады — прекратить использование противником его или оккупированных им портов, военно-морских баз, побережья и примыкающих к ним морских вод для морских торговых и всяких иных связей с другими государствами.
         Морская блокада — это акция исключительно военного времени. Морская блокада и судоходство нейтральных стран во время войны регламентируются правилами Парижской (1856 г.) и Лондонской (1909 г.) деклараций, общими принципами международного права и положениями Устава ООН.
        

    О законности морской блокады

         От того, является ли морская блокада законной или незаконной с точки зрения международного права, зависят правомерность или неправомерность действий военного морского флота блокирующего государства и степень его политической и материальной ответственности за такие действия.
         Вопрос о правомерности морской блокады западные юристы обычно сводят к установлению и оценке некоторых юридических формальностей, относящихся к процедуре объявления и оповещения о блокаде, установления границ блокируемого побережья, обеспечения должной эффективности блокадных действий и др. Единственным критерием правомерности блокадных действий они считают их эффективность, то есть способность выделенных сил флота преградить путь к блокируемым объектам.
         В современных условиях быстрого развития и возможного использования надводных и подводных кораблей с атомными силовыми установками, реактивной авиации, ракетного оружия, мин и торпед с ядерными зарядами критерий эффективности не может являться правооснованием, определяющим законность блокадных и любых других боевых действий на море.
         В современном международном праве признается агрессором то государство, которое первым установит морскую блокаду портов или побережья другого государства. Главным и определяющим критерием правомерности блокадных действий является характер войны (например, агрессивная война — незаконная блокада).
         Военно-морская блокада может признаваться правомерной только в том случае, если она вытекает из права государств на индивидуальную или коллективную самооборону (ст. 51 Устава ООН) или является действиями, предпринимаемыми для «поддержания или восстановления международного мира и безопасности» (ст. 42 Устава ООН).
    Морская блокада, осуществляемая в нарушение Устава ООН, должна квалифицироваться как вооруженная агрессия.
     

         Согласно современному международному праву считается агрессией и так называемая мирная блокада, т. е. одна из форм агрессии империалистических государств против других стран. Блокадные действия в форме мирной блокады противоречат ст. 41 Устава ООН. Применение силы одним государством против другого — в форме ли морской блокады или под предлогом репрессалий — противоречит международному праву.
         Репрессалии, составляющие угрозу применения или применение вооруженной силы в отношениях между отдельными государствами, Устав ООН объявляет незаконными.
         Морская блокада как средство и метод навязывания политических, экономических, военных и иных условий несовместима с принципами уважения суверенитета, территориальной целостности, ненападения и невмешательства во внутренние дела других государств, является вооруженной агрессией со всеми вытекающими отсюда последствиями.
         В руках агрессивных государств морская блокада служит средством вмешательства во внутренние дела других стран, формой диктата и орудием подавления национально-освободительного движения народов.
         Система варварской блокады была главным, действительно прочным оружием в руках империалистов всего мира для задушения Советской России.
         В октябре 1962 г. военно-морскому флоту США был отдан приказ перехватывать все суда, следующие на Кубу, подвергать их досмотру и не пропускать суда с оружием, которое, но определению американских властей, носит наступательный характер.
         Эти беспрецедентные агрессивные действия США пытались оправдать рассуждениями о том, будто со стороны Кубы возникаем угроза национальном безопасности Соединенных Штатов.
         Все прогрессивное человечество расценило эти пиратские действия США, как акт агрессии, как начало военных действий против Республики Куба, как грубое попрание норм международного права и принципов Устава ООН, как попытку толкнуть мир на путь термоядерной войны,
     

         Установленная вокруг Кубы блокада — морской карантина — была лишь составной частью большого комплекса военных мероприятии, предусматривавших вооруженное вторжение на Кубу.
         Помимо 67 кораблей, которые осуществляли «морской карантин», для вторжения на Кубу была подготовлена 100-тысячная группировка сухопутных войск. Для блокадных действий, ударов по Кубе с моря и обеспечения высадки морских н воздушных десантов была выделена специальная «оперативная группа 136» во главе с командующим 2-м флотом США вице-адмиралом А. Уордом.
         Опасный кризис в районе Карибского моря удалось урегулировать только благодаря настойчивой и разумной позиции Советского Союза. США вынуждены были отменить незаконную блокаду Кубы (22 ноября 1962 г.) и приняли обязательство не совершать вторжения на Кубу ни своими силами, ни с помощью других стран Западного полушария.
         Ведя агрессивную войну во Вьетнаме, США организовали так называемое патрулирование военных кораблей 7-го американского флота в Южно-Китайском море, фактически означающее установление незаконной морской блокады побережья Вьетнама.

     
    В соответствии с положениями Лондонской декларации 1909 г. при объявлении морской блокады должны указываться:
    - дата начала блокады;
    - географические границы блокируемого побережья;
    - срок, даваемый нейтральным судам для выхода из блокируемых портов.


         Нейтральным государствам об объявлении морской блокады должно сообщаться по дипломатическим каналам.
         Морская блокада может объявляться только во время войны между государствами. Стороны, ведущие гражданскую войну, не вправе осуществлять блокадные действия за пределами территориальных вод своего государства.
     

    Зона блокадных действий

         Зоной блокадных действий принято называть часть театра военных действий на море, в пределах которой блокадные силы выполняют боевую задачу, преследующую цель прервать всякие, и особенно торговые, связи блокируемого государства с внешним миром.
         Относительно пространственных пределов и границ зоны блокадных действий договорная и законодательная практика содержит положения, допускающие различное толкование.
         Декларация России о морском вооруженном нейтралитете 1780 г. и Русско-датская конвенция 1780 г. требовали, чтобы блокадные силы находились «вблизости» блокируемых портов.
         В последующем определение пространственных пределов и границ зоны блокадных действий в открытом море было оставлено на усмотрение воюющих государств.
     

         Участники Лондонской конференции 1908-—1909 гг. (Англия, США, Франция, Россия, Германия и др.), принявшие декларацию, не пожелали определить границы зоны блокадных действий «в определенных и неизменных цифрах».   Район действия блокирующих сил согласно декларации должен оставаться «всегда ограниченным», «может распространяться достаточно далеко», но не охватывать все пространство отдельных морей, где плавают торговые суда. Блокирующее государство обязано определить лишь географические «границы блокируемого побережья».
         Законодательство отдельных государств решает этот вопрос следующим образом. Французская инструкция 1934 г. предписывает военно-морским силам захватывать суда в «зоне действий блокирующих сил». Общую ссылку на «зону действий блокирующих военно-морских сил» содержат также итальянские военные правила 1938 г. Немецкие правила о призах 1939 г. предписывали захватывать суда «только в пределах района блокады или во время их преследования, начатого в этих пределах».
         Инструкция военно-морского флота США (1917 г.) предписывает осуществлять захват судов, следующих в блокируемые порты, с момента их выхода в открытое море из территориальных вод нейтральной страны до момента захода в порт блокируемого государства. Таким образом, зоной блокадных действий считается все пространство морей и океанов.
     

         В период мировых войн воюющие государства избегали объявлять зоны блокадных действий, а осуществляли блокаду в военных зонах под другим названием. Во время агрессивной войны в Корее США объявили блокированным все побережье Кореи. Однако вместо зоны блокадных действий была установлена так называемая оборонительная зона.
         В период англо-франко-израильской агрессии против Египта (1956 г.) в восточной части Средиземного моря и северной части Красного моря вместо зоны блокадных действий также была объявлена зона «закрытия для торгового судоходства».
         Зона пиратских действий военно-морских сил США во время блокады Кубы (22 октября — 22 ноября 1962 г.) называлась «районом перехвата», который включал большие пространства Карибского моря и Атлантического океана.
         100-мильная зона незаконных блокадных действий 7-го американского флота, участвующего в агрессивной войне против вьетнамского народа, названа «районом, в котором вооруженные силы США участвуют в боевых действиях».
         Санкции (наказания) за прорыв блокады. Санкции за прорыв или попытку прорыва блокады бывают в основном двух видов: захват и конфискация судна и находящегося на нем груза или уничтожение судна государства, пытающегося прорвать блокаду.
         Договорная практика предусматривает лишь один вид — «захват и присуждение» призовым судом блокадопрорывателей.
         Законодательство некоторых государств и боевая практика, однако, знает и другой вид санкции — уничтожение судов-блокадопрорывателей. Так, во время незаконной блокады черноморских проливов и советских портов на Черном море (1922 г,) английским военным кораблям было приказано «открывать огонь по всем судам, нарушающим решение правительства Англии о приостановке движения судов».



    Военная контрабанда

     

         Военной контрабандой называются такие предметы, которые нейтральные собственники вопреки запрету воюющей стороны стремятся доставлять ее противнику.
    Контрабандой могут быть предметы, принадлежащие нейтральным собственникам, доставляемые противнику на его собственных или нейтральных судах, а также предметы, принадлежащие противнику, но доставляемые на нейтральном корабле.
         Более 150 лет действуют в международном праве принципы, сформулированные Россией и подтвержденные Парижской декларацией 1856 г., что «нейтральный флаг покрывает неприятельский груз, за исключением военной контрабанды» и «нейтральный груз неприкосновенен на неприятельском корабле, за исключением военной контрабанды». Это значит, что в случае войны на море нейтральные страны имеют право беспрепятственно вести торговлю с воюющими странами, фрахтовать их суда для перевозки своих грузов и заниматься перевозкой дозволенных грузов, принадлежащих собственникам воюющих держав.
     

         Лондонской декларацией 1909 г. все предметы, перевозимые морем, делятся на контрабандные и неконтрабандные. Контрабанда может быть абсолютная и условная. Абсолютной контрабандой должны считаться такие предметы, которые прямо предназначены для военных целей. Это все виды вооружений, боеприпасы, военное снаряжение, военные средства транспорта и другое военное имущество, а также инструменты и приборы, служащие для производства или ремонта вооружений или снаряжения. Под условной контрабандой понимаются такие предметы, которые могут служить в равной мере как для военных, так и для мирных надобностей. Предметы абсолютной контрабанды подлежат захвату или уничтожению воюющим в любом случае, лишь бы судно следовало в неприятельский порт, независимо от того, кому они адресованы, а также от того, как направляется туда груз — прямо или с перегрузкой в каком-либо промежуточном пункте (принцип единства следования или конечного назначения груза). Предметы условной контрабанды могут быть захвачены или уничтожены только в том случае, если они предназначены для вооруженных сил или военного управления неприятельского государства. На предметы условной контрабанды Лондонская декларация не распространяла принцип конечного назначения груза. Условно контрабандный груз не подлежал захвату, если судно было остановлено на пути в какой-либо нейтральный порт, в который оно должно было зайти, прежде чем направиться к берегам противника. Судно противника может быть захвачено, а в случае необходимости и потоплено с одним условием, чтобы были приняты меры для спасения экипажа, пассажиров н документов. Неконтрабандный груз нейтральных собственников, находящийся на неприятельском корабле, не подлежит захвату. Потому в случае уничтожения его вместе с неприятельским судном собственник такого груза вправе получить соответствующую компенсацию. Нейтральное судно и находящийся на нем неконтрабандный груз захвату не подлежат. На нем может быть захвачен или выброшен в море лишь груз контрабандный. Однако нейтральное судно может быть захвачено и конфисковано воюющим, если на нем обнаружен контрабандный груз, который но весу, объему, стоимости или по цене фрахта составляет большую половину всего груза. В исключительных случаях, когда отвод захваченного судна (приза) в свой порт сопряжен с опасностью для своего судна или успеха военной операции, оно может быть уничтожено. Стоимость неосновательно потопленного судна и груза подлежит компенсации по решению призового суда.
         Судно нейтральной страны, оказывающее услуги воюющему по перевозке войск или доставке военных сведений, приравнивается к судну, перевозящему военную контрабанду. Судно, принимающее участие в военных действиях или находящееся под контролем лица, уполномоченного воюющей стороной, либо полностью им зафрахтованное, рассматривается как вражеское.
         Лондонская декларация не была ратифицирована и в силу не вошла. Тем не менее, поскольку эта декларация обобщила сложившиеся к тому времени военно-морские обычаи, она принималась во внимание при разрешении вопросов, связанных с призовым производством. Однако записанные в ней нормы, касающиеся морской контрабанды, подверглись полному пересмотру воюющими государствами.
         Так, в самом начале первой мировой войны державы Антанты заявили, что будут применять декларацию 1909 г., но в отношении военной контрабанды будут руководствоваться собственными списками. В связи с этим Англия издала 14 указов, которыми значительно расширила списки абсолютной и условной контрабанды, а 7 июля 1916 г. объявила об отказе от признания Лондонской декларации 1909 г. Значительно расширяли списки контрабанды Россия и Франция.    Последняя, так же как и Англия, подвергала захвату любые грузы для Германии в течение всего рейса перевозившего их судна, а затем и вовсе отказалась от различий между абсолютной и условной контрабандой. Германское правительство постановлением от 18 апреля 1915 г. предоставило своим кораблям право захватывать перевозившие контрабанду нейтральные суда не только в продолжение всего рейса, но и преследовать их в течение всей войны.
     

         Во время второй мировой войны Германия первоначально объявила положение о морских призах, составленное в соответствии с декларацией 1909 г., но потом полностью нарушила его Англия опубликовала 12 сентября 1939 г. такие списки абсолютной и условной контрабанды, что это создавало полную невозможность морской торговли для нейтральных стран. В своем ответе на английские ноты о контрабанде от 6 и 11 сентября 1939 г. Советское правительство отмечало, что британское правительство по существу объявило контрабандой основные предметы массового потребления и создало возможность полного произвола в отнесении к военной контрабанде всех предметов народного потребления. Правительство СССР заявило о своем несогласии с нотой Великобритании и оставило за собой право требовать компенсацию за возможное нанесение убытков СССР.
    Ожесточенная борьба на море между гитлеровской Германией и ее западными противниками вылилась в систематическое нарушение норм международного права, приведшее к гибели большого количества судов нейтральных стран и принадлежавших им неконтрабандных грузов.



    Морские призы. Трофеи

     

     
         Морским призом называется торговое судно или груз, принадлежащие нейтральному собственнику или противнику, правомерно захваченные воюющим во время войны на море.
         В принципе, согласно обычаю, считается необходимым, чтобы правомерность захвата подтверждалась призовыми судами, специально учреждаемыми воюющими государствами во время воины. Практически необходимость в призовом производстве возникает лишь в случае предъявления претензий самими собственниками захваченного имущества, причем главным образом нейтральными. Призовой суд выносит решение о конфискации нейтрального судна или груза в пользу воюющего в случаях правомерного захвата или подтверждает законность уничтожения, если они были потоплены в силу военной необходимости. В случае неправомерного захвата судно и груз подлежат возврату. Скоропортящийся груз может быть реквизирован. Неосновательно уничтоженное имущество нейтральных собственников подлежит компенсации.
         Кроме того, суды рассматривают вопросы, касающиеся собственности противника, захваченной на нейтральном судне, не составляющей военной контрабанды, вопросы, возникающие между собственниками судна и груза, связанные с фрахтом, претензии собственников в связи с убытками, понесенными ими от простоя задержанных призов, затратами на спасение их и т. п.
         При решении дела призовой суд руководствуется нормами международного права, принимая во внимание обстоятельства взятия или уничтожения приза и судовые документы с него, представленные заинтересованными сторонами.
         Трофеями в узком смысле слова называется захваченное воюющим военное имущество противника и средства ведения войны. В морской войне это, следовательно, военные корабли со всем имеющимся на них вооружением и имуществом. К трофеям в широком смысле относятся также и ценности, захваченные на судах или в десантных морских операциях, принадлежащие противнику, как, например, деньги, государственные фонды (золото, драгоценности), государственные ценные бумаги и т. п.
         Обращение воюющим в свою пользу трофеев, взятых им во время военных действий, в каком-либо оформлении в международно-правовом порядке не нуждается, Такое оформление имеет место лишь тогда, когда заключается мирный договор, и только в отношении того имущества, которое передается после капитуляции.

     

    Минная война

     

         Одним из наиболее широко распространенных средств борьбы с противником на море является
    минное оружие.
    Уже в русско-японскую войну 1904—1905 гг. воюющие стороны использовали мины как против военных кораблей, так и против торговых судов.
         На второй Гаагской конференции в 1907 г. была принята сроком на 7 лет VIII Гаагская конвенция «О постановке подводных, автоматически взрывающихся от соприкосновения мин». (Конвенция не была подписана Россией, Швецией, Испанией. Ряд государств, представители которых подписали Конвенцию, не ратифицировали ее -  Болгария, Греция и некоторые латиноамериканские страны. Подписали и ратифицировали с некоторыми оговорками Великобритания, Франция, Турция и Германия).
    Согласно конвенции воспрещалось:
    а) Ставить автоматически взрывающиеся от соприкосновения мины, не закрепленными на якорях, за исключением тех, которые устроены так, что делаются безопасными самое большее спустя одни час после того, как поставивший их утратил над ними наблюдение.
    б) Ставить закрепленные на якорях, автоматически взрывающиеся от соприкосновения мины, которые не делаются безопасными, как только они сорвутся со своих минрепов.
    в) Применять самодвижущиеся мины, которые, не попав в цель, не делаются безопасными.
    г) Ставить автоматически взрывающиеся от соприкосновения мины у берегов и портов противника с единственной целью прервать торговое судоходство.


         Конвенция не запрещала нейтральным государствам ставить мины у своих берегов, но обязывала сообщать о выставленных минах другим государствам.
         В первую мировую войну было выставлено несколько сот тысяч мин в различных районах. Создавались большие минные зоны. Поскольку конвенция не предусматривала пространственного ограничения постановки мин на морских театрах, Англия считала себя свободной в постановке минных полей в Северном море от Гебридских островов до берегов Норвегии. Корабли германского флота ставили мины у берегов Англии, в районе Южной оконечности Африки, на подходах к Суэцкому каналу, у берегов Цейлона и т. д.
         Таким образом, государства, подписавшие VIII Гаагскую конвенцию, первыми начали нарушать ее.
     

         Вторая мировая война вызвала применение новых образцов минного оружия. Появились донные неконтактные многоимпульсные магнитные мины, обладавшие большой разрушительной силой и значительно затруднявшие их траление.
    Широкое применение получила постановка мин авиацией, что позволило расширить пределы минной войны по сравнению с первой мировой войной. Воюющие применяли также плавучие мины.
         Поскольку воюющими государствами мины применялись в широких масштабах не только в оборонительных целях у своих берегов и баз, но и в неприятельских водах и на важнейших коммуникациях неприятеля, заминированными оказались многие районы открытых морей, что потребовало больших сил для их траления.
         Много мин было выставлено у своих берегов также нейтральными государствами. Так, например, Швеция приступила к минированию своих территориальных вод еще в декабре 1939 г., Голландия в сентябре 1939 г. поставила минное заграждение в районе между принадлежащими ей островами и своим побережьем и т. п.
         После разгрома гитлеровской Германии в 1945 г. была создана
    Международная организация по тралению мин в европейских водах. Ее цель состояла в контроле, координации действий и взаимной информации по вопросам траления мин в европейских водах.
    При этом подлежащие тралению европейские воды были разделены на четыре зоны:
    - восточноатлантическая зона;
    - средиземноморская зона;
    - зона Баренцева, Балтийского и Черного морей;
    - зона Каттегата, Балтийских проливов и подходов к ним.


         Эти зоны были разделены на районы и подрайоны, траление в которых проводилось заинтересованными державами под руководством зональных коллегий по тралению мин. (По неполным данным, в период второй мировой войны было выставлено около 1 млн. мин).
         Все вопросы траления объединялись и контролировались Международной центральной коллегией по тралению мин, которая состояла из представителей СССР, Англии, США и Франции.
         В функции Коллегии входило составление общего плана траления мин в европейских водах, установление точных границ зон траления, учреждение зональных коллегий и руководство ими, учреждение центрального информационного бюро по тралению мин, распределение тралящих сил между зонами, опубликование отчетов, связанных с опытом траления, определение приемлемого масштаба траления мин, необходимого для безопасного мореплавания, и т. д.
         В каждой зоне траления были созданы зональные коллегии. Советский Союз являлся членом всех четырех зональных коллегий, при этом зональная коллегия Баренцева, Балтийского и Черного морей учреждалась под председательством офицера Военно-Морского Флота СССР.
         В 1946 г. при Международной центральной коллегии по тралению мин была создана Международная организация по маршрутированию и оповещению судов — ИРРА. СССР являлся участником этой организации. Ее основная задача состояла в издании печатных извещений об изменениях в минной обстановке, о протраленных и открытых для плавания судов районах, об изменениях в навигационном ограждении протраленных фарватеров и т. п.
         Для этой цели издавались «Инструкции для плавания прибрежными маршрутами Северной Европы и Средиземного моря» («Немедри»), «Навигационные извещения мореплавателям» («Навим»), передаваемые по радио для последующего опубликования в «Извещениях мореплавателям».
         В связи с тем что большее число опасных от мин районов к концу 1951 г. было протралено, члены Международной организации по тралению мин в европейских водах приняли решение о прекращении деятельности этой организации с 31 декабря 1951 г,
         Однако было решено, что созданная в 1946 г. ИРРА будет продолжать свою деятельность в целях информации и издания «Немедри» и «Навим». В 1963 г. с согласия участников ИРРА была упразднена, а «Немедри» и «Навим» согласилось издавать английское адмиралтейство.

     

    Действия подводных лодок во время войны

     

         Современное международное право регламентирует действия подводных лодок только по отношению к торговым и другим невоенным судам.
         Боевые действия подводных лодок во время войны против торгового судоходства регламентируются правилами Лондонского протокола 1936 г., положениями Нионского соглашения 1937 года и решениями Нюрнбергского военного трибунала 1946 года, действовавшего на основе Устава.
         Лондонский протокол, подписанный 6 ноября 1936 г. США, Англией (в том числе доминионами и Индией), Францией, Италией и Японией, представлял собой IV часть Лондонского договора Об ограничении и сокращении морских вооружений от 22 апреля 1930 г. Впоследствии к Лондонскому протоколу присоединился ряд других государств, в том числе СССР, Германия и др.
         В качестве «установленных норм международного права» названный протокол признавал следующие правила действия подводных лодок по отношению к торговым судам в военное время.
         Действуя против торговых судов, подводные лодки должны сообразовываться с нормами международного права, которыми руководствуются надводные корабли. Подводная лодка может потопить торговое судно или лишить его возможности продолжать плавание каким-либо иным способом лишь в том случае, если предварительно будет обеспечена безопасность пассажиров, экипажа и судовых документов.
    (Нионское соглашение 1937 г. подписали Англия, Франция, СССР, Болгария, Греция, Египет, Румыния, Турция и Югославия).
    (Устав Международного военного трибунала подписали в интересах всех объединенных наций СССР, Великобритания, Франция и США).
    Здесь имеется в виду идеальный случай плавания одиночного торгового невооруженного судна в открытом море, когда подводной лодке не угрожает никакая опасность быть потопленной оружием с торгового судна или силами корабельного и воздушного охранения.
     

         В случае отказа остановиться и при попытке скрыться, а также в случае сопротивления осмотру или обыску подводная лодка вправе потопить торговое судно. Торговое судно может быть потоплено в случаях, вызываемых военной необходимостью. По отношению к военным кораблям противника, вооруженным судам, военным транспортам и торговым судам, совершающим переходы морем в составе конвоев, исключая госпитальные суда, подводные лодки вправе действовать в соответствии с правилами военно-морского искусства.
         В открытом море и прибрежных морских водах противника, включая воды оккупированных им стран, подводные лодки вправе останавливать, осматривать и производить обыск, разумеется, если для этою имеются благоприятные условия, на всех торговых судах противника и нейтральных государств. Подводные лодки воюющих вправе конфисковать контрабандные грузы, обнаруженные на нейтральном судне, распоряжаться в качестве трофеев собственностью противника, подвергать пленению экипажи торговых судов и, когда это возможно, захватывать торговые суда и качестве приза.
         Заход, плавание и боевые действия подведших лодок в территориальных водах нейтральных государств не допускаются и признаются нарушением норм международного права.
         Подводные лодки, принадлежащие одной из воюющих сторон в гражданской войне, не имеют права вести боевые действия в открытом море и препятствовать торговому судоходству других государств.
     

         Нападение в мирное время подводных лодок, как и надводных кораблей, на торговые и другие невоенные суда в открытом море квалифицируется Нионским соглашением 1937 г. как государственное пиратство, равнозначное акту агрессии.
         Хотя эти правила являлись действующими нормами международного права в период второй мировой войны, однако фашистская Германия грубо нарушала их.
    3 сентября 1939 г. немецкая подводная лодка «У-30» потопила пароход «Атения» водоизмещением 10000 г, следовавший в США. Нарушала Лондонский протокол 1936 г. и милитаристская Япония. Более того, для изучения опыта ведения неограниченной подводной войны в Германию в апреле 1941 г. из Японии прибыла специальная военная миссия.
     

         Общеизвестными являются также факты нарушения правил Лондонского протокола Соединенными Штатами Америки и Англией. 8 мая 1940 г. британским адмиралтейством был издан приказ, предписывавший всем военным кораблям, включая подводные лодки, топить любые суда, появляющиеся в Скагерраке ночью.
         Подводным лодкам США приказом президента США от 7 декабря 1941 г. предписывалось вести боевые действия против торгового флота Японии без какого-либо соблюдения норм международного права. Именно этими обстоятельствами объясняется следующее заявление главного обвинителя от Великобритании на Нюрнбергском процессе: «Мы не должны строить обвинение лишь на нарушении общепринятых правил ведения войны в том виде, как они сформулированы в Лондонских протоколах 1930 и 1936 гг.. подписанных Германией и запрещающих потопление без предупреждения или даже с предупреждением, если не были приняты необходимые меры для спасения пассажиров и команды».
         Учитывая указанные приказы,
    Международный военный трибунал признал Деница невиновным в нарушении им норм международного права в области подводной войны.
         Позиция СССР относительно подводных лодок была определена в связи с агрессивными действиями кораблей Англии в Черном и Балтийском морях (1920 г.). которым правительство Англии приказало атаковывать большевистские подводные лодки при встрече с ними «в открытом море» без какого-либо предупреждения.
         В ноте от 19 октября 1920 г. Советское правительство заявляло, что «РСФСР имеет право, подобно прочим суверенным государствам, пользоваться для защиты своих границ и берегов всеми средствами, какие знает техника военного и морского дела». В той же ноте говорилось, что «инициатива введения во флот орудий подводной войны не принадлежит Рабоче-Крестьянскому правительству России. Подводные лодки, как и все другие орудия взаимного истребления людей, составляют неотъемлемую принадлежность капиталистического общественного строя.
         Лишь в случае агрессивной политики капиталистических правительств Российское Советское правительство вынуждено пользоваться всеми имеющимися в его распоряжении военными средствами для защиты своей независимости от внешних нападений».
         В современных условиях с появлением атомных подводных лодок-ракетоносцев и новых средств противолодочной обороны (радиогидроакустические буи, гидролокаторы, авианосцы противолодочной обороны и др.) действующие международно-правовые акты значительно устарели.

     

    Военные хитрости



         Международные правила и обычаи допускают применение хитростей в морской войне.
         В IV Гаагской конвенции 1907 г. сказано: «Военные хитрости и употребление способов, необходимых к получению сведений о неприятеле и о местности, признаются дозволенными».

    В войне на море воюющие стороны используют следующие хитрости:

     
    - разнообразную маскировку военных кораблей;
    - постройку кораблей-макетов;
    - распространение ложной информации о передвижениях своих сил в целях дезинформации противника;
    - всякого рода ложные демонстрации и передвижения своих сил с целью скрыть от противника свои истинные намерения;
    плавание под чужим флагом и т. д.

         Маскировка военных кораблей приобрела первостепенное значение для защиты их от воздушного противника, от подводных лодок и т. д. Но в практике международного права известны и такие приемы, как маскировка военных кораблей под торговые суда нейтральных государств с перекраской корпуса, изменением названия и т. д. Так, например, в первую мировую войну германские суда «Меве» и «Грейф» прорвали блокаду, замаскировавшись первое под шведское, а второе — под норвежское судно.
         В целях маскировки н обмана противника применяются также
    корабли-макеты. В первую мировую войну английский флот имел 14 кораблей-макетов, похожих но внешнему виду на дредноуты. Они имели своей задачей вводить в заблуждение противника в отношении дислокации английских линейных сил, а также при необходимости скрыть факты дальних передвижений линейных кораблей.
         Во время второй мировой войны использование кораблей-макетов для обмана противника также имело место. Например, в Бресте немцы создали движущийся макет из двух старых соединенных между собой транспортов. С помощью этого макета им удалось маскировать свои военные корабли от воздушных налетов.

     
         Распространение ложной информации с целью обмана противника широко применилось в войне на море. Так, в 1799 г. французское судно, получив специальное задание и фальшивые депеши о движении французской эскадры, намеренно сдалось в плен и ввело в заблуждение английское военно-морское командование. В результате эскадра свободно вышла из Бреста и доставила различные припасы отряду французской армии, действовавшему в Италии.
         Особенно широкое распространение получила такая дозволенная хитрость в войне, как пользование чужим флагом. Обычно используется флаг нейтрального государства, однако известны и другие примеры.
         Плавающий под чужим флагом военный корабль по установившимся обычаям при вступлении в бой обязан поднять свой законный флаг. Считается, что поднятие кораблем воюющей стороны своего флага обязательно также при остановке и осмотрах встреченных в море судов нейтральных государств и противника. (Например, французские морские инструкции 1934 г. предписывают, чтобы военный корабль поднимал свой флаг перед тем, как он даст судну сигнал остановиться для осмотра к обыска).
         Пользование чужим флагом нарушает не право противника, а право того государства, флагом которого пользуются. Отсюда известны случаи дипломатических споров, возникавших между нейтральными государствами, которые рассматривали пользование их флагом как «злоупотребление чужим флагом», и воюющими государствами. Например, во время войны 1914—1918 гг. английское правительство в целях защиты своих торговых судов от германских подводных лодок 31 января 1915 г. предписало всем торговым судам поднимать в море нейтральные флаги и уничтожать все признаки, по которым можно было бы определить национальность этих судов. В ответ на заявление Германии о возможности потопления в связи с этим нейтральных судов, правительство США направило Англии ноту протеста с требованием не пользоваться американским флагом.
     

         От военных хитростей отличается вероломство, т. е. обманные действия, применяемые противником во время войны, но запрещенные международными соглашениями и обычаями.
    Международное право рассматривает как вероломство вступление в бой под чужим флагом, убийство парламентеров, ложное поднятие белого флага, с тем чтобы атаковать приблизившийся корабль противника, умышленное нарушение перемирия с целью убийства неприятеля, убийства пленными медицинского персонала во время оказания им медицинской помощи, убийства лиц, сложивших оружие и сдавшихся в плен, и т. д.
         Случаи вероломства известны на протяжении многих веков, но особенно грубо общепризнанные нормы и обычаи международного права нарушались и нарушаются империалистическими государствами (фашистской Германией во время второй мировой войны, американскими империалистами во время агрессивных войн в Корее в 1950-1953 гг. и Вьетнаме).

     

    Правовое положение госпитальных судов. Больные и раненые

     

         Режим раненых и больных, а также режим госпитальных судов в настоящее время регулируется Женевской конвенцией 1949 г. об улучшении участи раненых, больных и лиц, потерпевших кораблекрушение из состава вооруженных сил на море. Ранее он определялся Женевскими конвенциями 1906 г. и 1929 г., а также Х Гаагской конвенцией 1907 г. о применении к морской войне начал Женевской конвенции.
     

         Военные госпитальные суда во время военных действий ни при каких обстоятельствах не могут быть подвергнуты нападению или захвачены. Во всякое время они должны пользоваться уважением и защитой при условии, что их названия и характеристики сообщены сторонам, находящимся в конфликте, за 10 дней до их использования.
         Госпитальные суда, используемые национальными обществами Красного Креста, пользуются тем же покровительством при условии, что они поставили себя под начало находящейся в конфликте стороны с предварительного согласия своего правительства и с разрешения находящейся в конфликте заинтересованной стороны.
         Такое покровительство распространяется и на небольшие суда, используемые государством или официально признанными обществами помощи для проведения прибрежных спасательных операций. Постоянные береговые сооружения, которыми пользуются только эти суда для выполнения своих гуманных обязанностей, и береговые сооружения находятся под покровительством Женевской конвенции 1949 г.
         Госпитальные суда обязаны оказывать помощь и содействие раненым, больным и потерпевшим кораблекрушение без различия национальности. Воюющие государства не должны использовать эти суда для каких-либо военных целей.
         Воюющие стороны имеют право контроля и осмотра госпитальных судов. Они могут отказаться от их помощи, приказать им удалиться, осуществлять контроль за использованием их радиоаппаратуры и других средств связи, задержать их на срок до 7 дней с момента осмотра, если обстоятельства этого требуют. Воюющие стороны могут временно назначить на судно своего комиссара для наблюдения за выполнением своих приказов. Они могут поместить на своих госпитальных судах нейтральных наблюдателей.
         Госпитальным судам, захваченным неприятелем при взятии порта, должно быть разрешено покинуть этот порт.
         Госпитальные суда должны быть окрашены в белый цвет и иметь на бортах и горизонтальных поверхностях больших размеров красные кресты, хорошо различаемые в море и с воздуха. Они поднимают свой национальный флаг и флаг с красным крестом на грот-мачте.
         Госпитальные суда могут быть лишены установленного конвенцией покровительства, если, помимо исполнения гуманных обязанностей, они будут использованы для совершения действий, направленных против неприятеля.
     

         Воюющие стороны могут использовать для перевозки раненых и больных санитарные самолеты, которые должны иметь те же опознавательные знаки, что и госпитальные суда. Они должны летать на высоте, во время
    и по маршрутам, согласованным сторонами, находящимися в конфликте, и не подвергаться нападению,
         Медицинский, госпитальный и духовный персонал госпитальных судов и их экипажи пользуются уважением и покровительством. Они не могут быть захвачены во время своей службы на госпитальных судах независимо от того, имеются ли на борту раненые и больные, а если попадут в руки противника, то должны пользоваться уважением и покровительством и продолжать выполнение своих профессиональных обязанностей по уходу за больными и ранеными.
         Конвенцией предусматривается, что личный состав вооруженных сил н прочие находящиеся в море лица, будь то раненые, больные или потерпевшие кораблекрушение, должны пользоваться покровительством и защитой при всех обстоятельствах. Термин «кораблекрушение» будет применяться независимо от обстоятельств, при которых произойдет кораблекрушение, включая и вынужденные посадки самолетов на море или падение в море.
         Воюющая сторона, во власти которой эти лица окажутся, обязана обеспечить им гуманное обращение и уход без какой-либо дискриминации. Строго запрещается любое посягательство на жизнь раненых, больных и потерпевших кораблекрушение, запрещается добивать или истреблять их, подвергать пыткам, проводить над ними биологические опыты, преднамеренно оставлять без медицинской помощи или ухода или предумышленно создавать условия для их заражения.
     

         Действие конвенции распространяется на личный состав вооруженных сил стороны, находящейся в конфликте, равно как на личный состав ополчения и добровольческих отрядов, входящих в состав этих вооруженных сил; на личный состав организованных движений сопротивления; на военных корреспондентов, гражданских лиц, входящих в экипаж военного самолета;
    личный состав рабочих команд и служб, обслуживающих вооруженные силы; на членов экипажей судов торгового флота; на население неоккупированной территории, которое при приближении неприятеля стихийно берется за оружие для борьбы с вторгающимися войсками.
         Любое военное судно воюющей стороны может потребовать передачи раненых, больных и потерпевших кораблекрушение, находящихся на военно-госпитальных судах и на госпитальных судах благотворительных обществ или частных лиц, торговых судах, яхтах и мелких судах, какова бы ни была национальность этих судов, если состояние здоровья раненых и больных позволяет произвести их передачу и если военное судно сможет обеспечить надлежащие условия для необходимого медицинского ухода.
         Раненые, больные и потерпевшие кораблекрушение, оказавшиеся во власти противника, считаются военнопленными, к ним должны применяться нормы международного права, касающиеся военнопленных. (В настоящее время режим военнопленных регулируется Женевской конвенцией 1949 г. об обращении с военнопленными. Ратифицирована Президиумом Верховного Совета СССР 17 апреля 1954 г. )
         Находящиеся в конфликте стороны обязаны после каждого боя немедленно принять меры к розыску раненых, больных и потерпевших кораблекрушение и оградить их от ограбления. На таких лиц составляются необходимые сведения, обмен которыми производится через посредство державы - покровительницы.

     

    Парламентеры



         Парламентерами называются лица, уполномоченные военным командованием на ведение переговоров с командованием неприятельской стороны. Ст. 32 приложения к Гаагской конвенции 1907 г. о законах и обычаях сухопутной войны гласит: «Как сам парламентер, так и сопровождающие его трубач, горнист или барабанщик, лицо, несущее флаг, и переводчик пользуются правом неприкосновенности».
         Противная сторона может принять парламентеров или отказать им в этом, но тогда они должны быть возвращены невредимыми.
     

         Во время второй мировой войны командование фашистской Германии грубо нарушало этот принцип. Так, 29 декабря 1944 г. советское командование в районе Будапешта направило своих парламентеров для переговоров с германским командованием. Несмотря на то что парламентеры ехали на автомашинах с белым флагом, гитлеровцы злодейски убили их.
         Парламентеры могут вести переговоры только в пределах порученного им круга вопросов. Во время выполнения парламентерской миссии им запрещается заниматься специальным сбором сведений о противнике, вести записи, вступать в переговоры с другими лицами, кроме тех, с кем они уполномочены вести переговоры. Однако не запрещается по возвращении сообщить своему командованию о тех сведениях, которые они могут собрать при переходе через неприятельские позиции и в результате переговоров с противной стороной.
         Парламентеры должны иметь при себе специальные полномочия своего командования, направившего их на переговоры. Внешним отличительным знаком парламентеров является белый флаг.

     

    Разведчики и шпионы



         Во время войны каждый воюющий может собирать сведения о расположении и численности вооруженных сил противника путем засылки разведчиков в расположение его войск.
        
    Разведчиками являются лица, входящие в состав вооруженных сил одной из воюющих сторон, одетые в военную форму и проникшие в расположение неприятеля с целью сбора сведений о нем для своего командования.   Выполняя задание, разведчики согласно приложению к Гаагской конвенции 1907 г. о законах и обычаях сухопутной войны могут прибегать к различного рода военным хитростям. В этом случае они не будут считаться шпионами.
         Пойманные при исполнении своих обязанностей военные разведчики рассматриваются как военнопленные, и с ними необходимо обращаться в соответствии с Женевской конвенцией об обращении с военнопленными от 12 августа 1949 г.


         Шпионами (лазутчиками) считаются лица. которые, действуя тайно или под ложными предлогами в расположении одного из воюющих, собирают необходимые для передачи противной стороне сведения (ст. 29 Гаагской конвенции). Поэтому переодетые в гражданскую одежду военнослужащие, собирающие в расположении воюющего сведения о его войсках, в случае задержания рассматриваются как шпионы, предаются военному суду и не могут претендовать на права военнопленных, вытекающие из Женевской конвенции 1949 г.
         Шпионы, удачно возвратившиеся в свою армию и впоследствии взятые в плен неприятелем, не подлежат наказанию за прежние свои действия и должны рассматриваться как военнопленные. Однако шпионы из числа гражданских лиц могут привлекаться к ответственности и при последующем их задержании.

     

    Интернированные

     

    Интернирование означает принудительное помещение во время войны определенных категорий лиц иностранного гражданства в специальные места или местности внутри страны.


    Интернирование применяется:
    - к военнопленным при водворении их захватившей державой в специально отведенные для этой цели лагеря,
    - к воинским частям воюющего государства, вступившим на территорию нейтрального государства, или к военным судам воюющего, задержавшимся в порту нейтрального государства свыше установленного срока,
    - к неприятельским гражданам, проживающим на территории воюющего государства или оккупированной им территории.
     

         Режим интернированных военнопленных регламентируется Конвенцией об обращении с военнопленными 1949 г.
        
    Режим воинских частей и команд военных кораблей воюющего государства, задержанных нейтральным государством, предусмотрен V и XIII Гаагскими конвенциями. В общих чертах этот режим сводится к тому, что интернирующее государство обязано обеспечить их содержание, предоставлять им питание и оказывать необходимую медицинскую помощь. Расходы, понесенные на их содержание, возмещаются нейтральному государству по окончании войны.
         Порядок интернирования и содержания воюющим государством интернированных неприятельских граждан (некомбатантов) определяется Женевской конвенцией о защите гражданского населения во время войны, подписанной 12 августа 1949 г. Конвенция ратифицирована Президиумом Верховного Совета СССР 17 апреля 1954 г.
         Согласно этой конвенции интернирование неприятельских граждан воюющим государством, во власти которого они находятся, производится в целях обеспечения более действенного над ними контроля в интересах государственной безопасности. Интернирование производится по решению соответствующего административного органа. В СССР в период второй мировой войны таким органом было Главное управление по делам военнопленных и интернированных при МВД СССР.


         Интернирующее государство может размещать интернированных неприятельских граждан лишь в пределах своей территории, а граждан, находящихся на оккупированной им территории, — в пределах этой территории.
         Следует, однако, отличать интернирование от тюремного заключения, которому могут быть подвергнуты лишь лица, осужденные за совершенные ими преступления.
         Государство, во власти которого находятся интернированные, обязано бесплатно обеспечить их содержание и оказывать им медицинскую помощь. Пищевое довольствие интернированных должно быть достаточным по количеству, качеству и разнообразным для того, чтобы обеспечить нормальное состояние их здоровья. Размещение интернированных должно быть по мере возможности по их гражданству, языку, обычаям и полу. Предназначенные для интернированных помещения должны отвечать соответствующим санитарным условиям и не отражаться губительно на их здоровье.
         Лагеря для них, когда это позволяют соображения военного порядка, должны быть обозначены буквами
    «», расположенными таким образом, чтобы они были днем отчетливо видны с воздуха; заинтересованные державы могут договориться и о другом способе обозначения.
     

         Интернированные размещаются отдельно от военнопленных и лиц, лишенных свободы по любым другим причинам, и имеют отдельную администрацию.
         Интернированным предоставляется полная свобода вероисповедания.
         Допускается использование интернированных на работах добровольно я в принудительном порядке при условии, что эти работы не имеют прямого отношения к ведению военных действий и не носят оскорбительного или унизительного характера. За выполненную работу они должны получать соответствующую заработную плату.
         Деньги, за исключением небольшой суммы для мелких расходов, ценные бумаги, личные документы и предметы, запрещенные для употребления, отбираются под расписку н возвращаются владельцам при освобождении.
         Дисциплина в местах интернирования должна быть совместима с принципами гуманности и ни в коем случае не содержать правил, которые подвергали бы интернированных физическому напряжению, опасному для их здоровья, или физическим и моральным издевательствам.
         Интернированные избирают из своего состава сроком на 6 месяцев комитет, который представляет их интересы перед властями интернирующей державы и соответствующими международными организациями, заботится об их интеллектуальном и физическом состоянии.
     

         Интернированным должны быть разрешены отправка и получение почтовых открыток, писем и получение индивидуальных и коллективных посылок.
         За побег интернированный несет наказание только в дисциплинарном порядке.
         Всякое интернированное лицо должно быть освобождено державой, во власти которого оно находится, как только прекратится действие причин, обусловивших его интернирование. Воюющие могут также в ходе военных действий заключать соглашения об освобождении, репатриации, возвращении на место жительства или госпитализации в нейтральной стране определенных категорий интернированных. Заинтересованные державы договариваются в таком случае, на чей счет будут относиться расходы, произведенные в связи с передачей интернированных.
         Репатриация интернированных по их освобождении производится силами и средствами интернирующей державы, которая несет в этом случае расходы до того места, где они проживали в момент интернирования. Если же интернированные были захвачены во время их путешествия или в открытом море, то эта держава обеспечивает их необходимыми средствами для того, чтобы они могли завершить свое путешествие или вернуться в пункт их отправления.
         Для всякого рода посреднических функций и розыска интернированных лиц предусматривается создание справочного бюро. Rambler's Top100






    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru