• главная
  • астрономия
  • гидрометеорология
  • имена на карте
  • судомоделизм
  • навигация
  • устройство НК
  • памятники
  • морпесни
  • морпрактика
  • протокол
  • сокровищница
  • флаги
  • семафор
  • традиции
  • морвузы
  • моравиация
  • словарик
  • мороружие
  • кают-компания

  • История военно-морского искусства


    Русское
    военное и военно-морское искусство
    в Семилетней войне

     

     

     

     

     

    ВОЕННОЕ И ВОЕННО-МОРСКОЕ ИСКУССТВО РОССИИ В ВОЙНАХ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ ХVIII в.

    СОЗДАНИЕ ЧЕРНОМОРСКОГО ФЛОТА

    ВЫДАЮЩИЙСЯ РУССКИЙ ПОЛКОВОДЕЦ РУМЯНЦЕВ

    ВЕЛИКИЙ РУССКИЙ ПОЛКОВОДЕЦ СУВОРОВ

    ВЫДАЮЩИЙСЯ РУССКИЙ ФЛОТОВОДЕЦ УШАКОВ

     

     

     

    Во второй половине XVIII в. феодально-абсолютистская монархия в России сделала дальнейшие шаги по закрепощению крестьянства. Права помещиков распоряжаться трудом и личностью крестьян были значительно увеличены. Произвол и зверская эксплуатация лишали крестьянина возможности распоряжаться плодами своих трудов. Все это приводило к усилению классовой борьбы, обострившейся в этот период до крайности. Наиболее ярким выражением ее явилась крестьянская война под руководством Е. И. Пугачева.

    Жестокой эксплуатации крепостные подвергались не только в земледелии, но и на предприятиях развивавшейся промышленности — мануфактурах, фабриках и заводах, которые создавались помещиками в своих вотчинах и деревнях и купцами-предпринимателями в городах.

    Развитие крупного землевладения приводило к росту товарности сельского хозяйства, следствием чего явилось значительное увеличение вывоза сельскохозяйственного сырья на внешние рынки. Рост же производства на казенных и крепостных заводах приводил к увеличению вывоза из России железа и других металлов.

    Протекционистская таможенная политика царизма во второй половине XVIII в. обеспечивала крупные доходы помещикам и купцам и способствовала дальнейшему росту помещичьего хозяйства и мануфактурной промышленности, развивавшейся на основе жесточайшей эксплуатации крепостного населения страны.

    Вторая половина XVIII в. ознаменовалась рядом войн, в которые было втянуто большинство европейских государств. Основной причиной большинства войн было стремление отдельных, усиливавшихся в этот период государств увеличить свою территорию за счет чужих территорий.

    Наиболее агрессивными государствами в середине XVIII в. были Англия — страна нарождавшегося промышленного капитализма — и Пруссия — одно из наиболее сильных германских государств. Захватническая политика прусского короля Фридриха II создавала угрожаемое положение и для России.

    Фридрих II имел сильную наемную армию, основанную на палочной дисциплине и механическом повиновении. Солдаты и офицеры этой армии рассматривали свою профессию как средство наживы и личного обогащения, поэтому её неизбежными спутниками были грабежи и мародерство. В основе боевых действий армии Фридриха II лежала линейная тактика, предполагавшая локтевое соприкосновение солдат во время движения и обеспечивавшая в какой-то степени единство масс наемных солдат во время боя. Линейная тактика соответствовала принципу комплектования армии. Наемные армии Западной Европы вербовались из «совершенно ненадежных и самых испорченных элементов общества, лишь палкой сдерживаемых в порядке...» (Ф.Энгельс).

    Еще в Силезской войне 1740—1748 гг. Пруссия захватила у Австрии Силезию, а в сентябре 1756 г. агрессивные прусские войска вторглись в Саксонию, в австрийские владения. Фридрих II стремился сокрушить Австрию и утвердить свою гегемонию в Германии. В начавшейся войне Пруссия стала угрожать прибалтийским землям Российской империи. Англия, как всегда, вела традиционную двуличную политику, не останавливаясь, если это ей было выгодно, перед вероломством. Так, несмотря на наличие англо-русской конвенции, она тайно от России в 1756 г. заключила союз с Пруссией, направленный против России и Франции, с которой Англия вела затяжную войну из-за своих заокеанских владений. В. И. Ленин в статье «О брошюре Юниуса», определяя характер этой войны, писал, что «Англия и Франция воевали в семилетнюю войну из-за колоний, т. е. вели империалистскую войну...». Англия хотела обеспечить свой тыл со стороны Пруссии и вместе с тем использовать прусскую армию для удара то Франции.

    К англо-прусскому военному союзу примкнули германские государства Ганновер, Гессен, Брауншвейг и Готта.

    В ответ на это был создан оборонительно-наступательный союз в составе России, Австрии, Франции, Швеции, Саксонии, Баварии, Вюртемберга.

    На европейском театре вся тяжесть войны падала на Россию. Основные союзники России — Австрия и Франция — боялись ее победы и при первых же успехах русского оружия стали препятствовать закреплению победы, при этом австрийское командование прибегало зачастую к прямому предательству.

     

     

    РУССКОЕ ВОЕННО-МОРСКОЕ ИСКУССТВО В СЕМИЛЕТНЕЙ ВОЙНЕ

    (1756-1703 гг.)

     

     

    К началу Семилетней войны положение в русском флоте несколько улучшилось, однако было еще и много недостатков, оставшихся от периода упадка, который флот пережил в 30 40-е годы XVIII в. В эти годы в связи с засильем на руководящих должностях в армии и во флоте иностранцев петровские традиции часто игнорировались. Часть иностранцев, особенно в период бироновщины, вела подрывную деятельность в русской армии и флоте, стремясь к ослаблению их боевой мощи. В 30-е годы XVIII в. петровский устав был заменен новым строевым уставом. На первый план была поставлена мелочная регламентация и строевая муштровка. В тактике стали господствовать осторожность и нерешительность. В сухопутной армии под влиянием иностранцев линейная тактика была превращена в шаблон, против чего в свое время восставал Петр I. Что касается русского флота, то господствовавшая в Западной Европе формальная линейная тактика не нашла в нем серьезного применения; дело ограничилось лишь кратковременными попытками протаскивания отдельных ее элементов со стороны английских, голландских и других моряков иностранного происхождения, находившихся на русской службе.

    Борьба за власть между различными группами дворянства и засилье иностранцев, особенно немцев, в период бироновщины на время ослабили вооруженную мощь России. Но несмотря на это, здоровые начала национальной русской армии и флота им задушить не удалось. Русские морские офицеры в этот период сделали много географических открытий огромной важности. Свыше десяти лет работала экспедиция Беринга Чирикова, которая исследовала большие пространства побережья от Архангельска до Камчатки. Славные имена морских офицеров-исследователей того периода — Малыгина, Овцына, Челюскина, Дмитрия и Харитона Лаптевых и др. — навечно запечатлены на географических картах. Исследования северных берегов Сибири, Камчатки, Аляски, Алеутских и Курильских островов, Сахалина, Охотского моря и, наконец, основание Петропавловска-на-Камчатке в Авачинской губе (1741 г.) бьгли подвигами мирового значения.

    Со вступлением в 1741 г. на престол Елизаветы Петровны были проведены мероприятия по усилению боевой мощи флота и армии. Много иностранцев было изгнано с государственной службы, в том числе из армии и флота. Новая императрица обращает большое внимание на подготовку национальных офицерских кадров. Директором Морского шляхетскою корпуса был назначен один из образованнейших и опытнейших моряков того времени капитан 1 ранга Нагаев, известный своими географическими исследованиями. Улучшен был преподавательский состав корпуса. Туда были приглашены такие просвещенные люди, как Харитон Лаптев, Иван Голенищев-Кутузов, энциклопедически образованный педагог Николай Гаврилович Курганов и др.

     

    В 50-е годы XVIII в. было усилено внимание к строительству новых и к ремонту старых кораблей. Значительные усовершенствования были введены в области артиллерийского вооружения армии и флота. В 1757 г. на вооружение армии поступили так называемые шуваловские единороги, изобретенные Мартыновым и Даниловым. Единороги являлись универсальной пушкой, стрелявшей бомбами, гранатами и брандскугелями. Следует отметить, что до этого бомбы и гранаты можно было употреблять только при стрельбе из гаубиц (в России, например, стрельба разрывными снарядами из гаубиц имела место в 1696 г., при взятии Азова). Шуваловские единороги имели длину около 10 калибров, в то время как длина пушки была 6 8 калибров. (Прототипом единорога была петровская конная гаубица).


     

    Корабельное орудие XVIII в.

    Вновь изобретенные пушки (единороги) были легче старых и более просты по устройству, что значительно упрощало производство орудий и боеприпасов к ним. Наличие особой конической каморы (единорожной) обеспечивало единорогу большую кучность боя. Единороги стреляли в два раза дальше, чем мортиры.

    Шувалов, ведавший всем артиллерийским делом в стране, в том числе и производством единорогов, писал в своем донесении: «...Не меньше от сего единорога и при флоте ожидать можно, ибо бомбардирует с пять верст, действуя бомбами и брандскугелями...».

    В русском флоте единороги были введены впервые на Балтийской эскадре Полянского и успешно применены в 1761 г. при осаде Кольберга. В западноевропейских государствах единороги под названием длинных гаубиц были введены позднее.

    К началу Семилетней войны в составе Балтийского флота были 21 линейный корабль, 2 бомбардирских корабля, 5 фрегатов и 149 других более мелких парусных и гребных кораблей. Не все корабли представляли боевую ценность, так как часть из них пришла в ветхость.

    Пруссия своего флота не имела, но в начале войны вооружила пушками несколько купеческих парусных судов и использовала их в качестве каперов на путях сообщения России.

    В Семилетней войне русские войска не раз наносили жестокие поражения армии прусского короля Фридриха II. В августе 1757 г. русские одержали победу над прусскими войсками вблизи деревни Гросс-Егерсдорф и вскоре взяли Кенигсберг (ныне Калининград). В 1759 году русские войска под командованием генерала Салтыкова нанесли сокрушительное поражение противнику при Кунерсдорфе, при этом Фридрих II потерял почти всю свою армию и сам едва не был захвачен в плен. В 1760 г. победоносные русские войска вступили в Берлин. Миф о непобедимости прусского оружия был развеян.

     

    Существенную помощь своей армии оказал русский Балтийский флот. Взятие города и крепости Мемель 25 июня 1757 г. было совершено при активном участии кораблей, действовавших под командой капитана Ляпунова. Бомбардировка с моря береговых укреплений, подвоз на кораблях снарядов и провианта для нужд действовавшей против Мемеля армии генерала Фермора содействовали успеху русских войск. Мемель сделался опорным пунктом для дальнейших действий русской армии в Восточной Пруссии.

    11 января 1758 г. русские войска взяли Кенигсберг, и вскоре вся Восточная Пруссия, очищенная от противника, была преобразована в русское генерал-губернаторство. Занятие Восточной Пруссии ставило русскую армию в очень выгодное стратегическое положение, так как позволяло развернуть наступление и на всей остальной территории Пруссии.

    В военных действиях на территории Восточной Пруссии решающее значение имело снабжение наступавшей армии. Эту задачу успешно выполнили русские военные корабли, обеспечивавшие перевозку морем войск и грузов. В условиях бездорожья, делавшего транспортировку гужевым путем чрезвычайно затруднительной, морские перевозки, как наиболее быстрые и надежные, играли особо важную роль.

    Другой важной задачей русских военных кораблей была организация блокады. Надо было не допустить помощи Пруссии со стороны ее союзников и прекратить торговые сношения немцев через море с другими странами. Русские военные корабли день и ночь, с ранней весны до поздней осени, крейсировали вдоль прусского побережья и бороздили воды Балтийского моря и проливы Зунд и Каттегат. Последнее существенно повлияло на англичан, которые вынуждены были отказаться от ввода своего флота в балтийские воды. На помощь же английского флота, как известно, Пруссия в тот период возлагала большие надежды. Эта будничная кропотливая работа балтийских моряков была очень тяжелой. Плавание на парусных кораблях во время штормов и непогоды было сопряжено с большими трудностями и опасностями, к тому же блокаду пришлось проводить длительное время, подряд пять кампаний — с 1757 по 1762 г.

    В ходе войны Балтийский флот дважды принимал участие в осаде приморской крепости Кольберг. Первая осада (сентябрь 1760 г.), проводившаяся под начальством адмирала Мишукова, не увенчалась успехом, так как русское командование для действий со стороны суши выделило очень незначительные силы, в то время как Фридрихом были посланы в Кольберг большие подкрепления. Зато в следующем году, лучше подготовившись, русские армия и флот достигли желаемых результатов. Главным начальником 26-тысячного осадного корпуса был назначен молодой талантливый генерал П. А. Румянцев. В помощь ему корабли Балтийского флота (эскадра была послана в составе 24 линейных кораблей и 12 малых кораблей под командованием вице-адмирала Полянского) доставили в Рогенвальд 7 тыс. человек и осадную артиллерию. Затем эскадра подошла к Кольбергу и на другой день бомбардировала город и лагерь неприятельских войск.

    15 апреля с кораблей был высажен специальный отряд морских солдат и матросов в количестве 2 тыс. человек под командованием капитана 1 ранга Григория Спиридова. Этот отряд, поддержанный огнем сухопутной артиллерии, энергичным броском занял немецкую батарею на восточном берегу реки Персанты и, закрепившись, заложил батарею против города, чем в дальнейшем значительно были облегчены действия русских войск против Кольберга. Бомбардирские и другие суда эскадры почти ежедневно обстреливали укрепления противника. С кораблей по городу и крепости одних только трех- и пятипудовых бомб было выпущено до 1500. Из захваченных моряками десантного отряда орудий большое количество было обращено против неприятеля, причем из трофейных пушек по войскам Фридриха было выпущено 3 000 ядер и 50 бомб.

    Bo время бомбардировки особенно отличился корабль «Астрахань», которым командовал Егор Елецкий. Подойдя на предельно близкое расстояние к вражеским укреплениям и беспрерывно осыпая ядрами неприятельские позиции, он нанес противнику значительный урон. Корабль получил повреждение, но только тогда прекратил свой губительный для немцев огонь и удалился от берега, когда в его нижнем деке разорвались бомбы и одна из них вблизи крюйт-камеры (пороховой погреб).

    Выдающийся русский полководец Румянцев высоко оценил деятельность Г. А. Спиридова под Кодьбергом. В выданном 25 сентября 1761 г. Спиридову аттестате он отмечал:

    «Я, ниже сего подписавшийся, по справедливости сим засвидетельствую, что от флота г-н капитан и полковник Спиридов, будучи с командою морских солдат и матроз на берегу, на правом нашем фланге, при атаке и взятии неприятельской батареи и протчих сражениях под командою г-нов бригадиров Неведомского и Дурново поступал как надлежит честному и храброму офицеру и все под командою его сущие, о которой порознь он, г-н капитан, свидетельствовать может.

    На подлинном подписано генерал-лейтенант Румянцев». (ЦГАВМФ, ф. 212, д. 17, л. 333. Копия.)

     

    Другим из особо отличившихся кораблей оказался «Варахаил». Командиру корабля капитану Ивану Спиридову перед самым началом осады было приказано обойти и осмотреть вражеские укрепления и определить число и силу орудий. Успешно выполняя задание, «Варахаил», несмотря на сопротивление противника, силою и меткостью своих залпов приводил к молчанию каждую из прусских батарей, мимо которых он проходил.

    Подвиги командиров и команд кораблей «Астрахань» и «Варахаил» и десантного отряда моряков были специально отмечены генералом Румянцевым.

    В период осады Кольберга русские корабли блокировали подступы к нему с моря; за это время ими было захвачено восемь торговых судов, пытавшихся прорвать блокаду.

    В конце сентября эскадра вице-адмирала Полянского была отозвана, так как корпуса многих, и без того ветхих, кораблей из-за частых стрельб сильно расшатались и не смогли бы выдержать плавания в условиях глубокой осени. Большинство кораблей эскадры требовало срочного ремонта.

    6 декабря того же 1761 г. город и крепость Кольберг капитулировал перед генералом Румянцевым. Небезинтересно отметить, что под Кольбергом в 1761 г. при совместных действиях армии и флота впервые в мировой военной истории Румянцев использовал в своем корпусе обученных им егерей, которые действовали в рассыпном строю. Эти егеря были набраны из числа завербованных на военную службу охотников.

    Таким образом, русские первыми в мире применили тактику рассыпного строя, которая через 17—18 лет после этого была применена американцами, а позднее и армиями других государств.

    Во взятии крепости Кольберг, оборудованной новейшими орудиями и считавшейся одной из лучших в Пруссии, важную роль сыграл флот, значительно подорвавший ее способность к сопротивлению.

     

    Боевые действия на побережье, проводившиеся флотом и армией совместно, оказали непосредственное влияние также на положение на центральном направлении Франкфурт    Берлин. Не случайно, например, первая высадка десанта флота против Кольберга совпала по времени с наступлением русской армии на центральном направлении, в результате которого 28 сентября 1760 г. передовым корпусом генерала Чернышева была занята столица Пруссии Берлин.

    Получая удары с разных сторон, Фридрих II был вынужден рассредоточивать свои силы. Так, в начале сентября ему пришлось бросить подкрепления к Кольбергу для отражения десанта, высаженного эскадрой адмирала Мишукова, что безусловно облегчило положение главных сил русских, действовавших на центральном направлении.

    Успехи русских войск и военно-морского флота в этой войне в значительной степени парализовались предательскими действиями австрийцев, бывших тогда союзниками России, которые своим вмешательством зачастую сводили на нет одержанные русскими победы. Большой помехой, особенно в начале войны, была подрывная работа немцев, находившихся на службе в русской армии, а также многочисленные интриги различных придворных группировок. Среди солдат и офицеров росло возмущение немецким засильем. Специально произведенным расследованием были вскрыты вопиющие недостатки в армии — крупные хищения и круговая порука немцев. В результате были отстранены от занимаемых должностей многие генералы-немцы, а затем и сам Фермор, после того, как он в ответственный момент оставил поле Цорндорфского сражения и проявил полную несостоятельность при первой осаде Кольберга.

     

    Несмотря на это, к концу 1761 г. Пруссия была накануне полного поражения. И только восшествие на русский престол в начале 1762 г. Петра III, преклонявшегося перед Фридрихом II, спасло прусского короля и привело к тому, что Россия 5 марта 1762 г. заключила перемирие, а 24 апреля был подписан мирный договор, по которому все завоеванные территории возвращались Пруссии. Все же война не прошла бесследно. Доблесть русского оружия на некоторое время сбила спесь с потомков немецких псов-рыцарей. Фридрих II и прусские феодалы в течение долгого времени не смели открыто мешать дальнейшему укреплению и расширению Русского государства.

     

    Военное искусство русской армии продолжало развиваться. Война воспитала много талантливых полководцев — Румянцева, Салтыкова, Чернышева и других; в ней получил боевое крещение молодой Суворов, будущий великий полководец. Семилетняя война показала, что победы Фридриха II кончились, как только он встретился с русскими войсками. Из четырех крупных сражений три он проиграл (Гросс-Егерсдорф, Пальциг и Кунерсдорф), и лишь при Цорндорфе предательство Фермора не дало победы ни одной из сторон. Русский солдат оказался значительно более стойким, чем прусский наемник.

    Сущность тактики Фридриха II сводилась к следующему. В центре — две узкие линии развернутых батальонов; на обоих флангах — конница; на высоких местах перед фронтом или на флангах всего боевого порядка — батареи полевой артиллерии. Резерв располагался за центром. При наступлении часто вперед высылался авангард, который двигался в 800—1000 м впереди боевых линий и первым наносил удар по противнику.

    Фридрих II стремился использовать относительную слабость фланга и отсутствие сильного резерва в боевом порядке противника и потому обычно предпринимал фланговую атаку. Войска располагались уступами, и при атаке первый ударный уступ, состоявший из отборных гренадерских частей, нескольких батальонов собственно первой линии и почти всей массы конницы, должен был наносить главный удар. Фридрих всегда действовал по раз принятому шаблону, который был быстро разгадан русскими. В сражении при Гросс-Егерсдорфе, например, русские одержали победу в результате контратак подошедших по собственной инициативе частей, сыгравших роль резерва. Тактические новшества Фридриха II имели некоторые частные успехи только против таких войск, как, например, австрийские, которые по своей подготовке были слабее прусских.

    Порочность применявшейся Фридрихом системы воспитания войск особенно резко сказалась в Семилетнюю войну. Так, например, в сражении при Кунерсдорфе решительная атака русских обратила противника в паническое бегство. Девиз Фридриха II«солдат в мирное время должен бояться палки капрала больше, чем неприятеля в военное время» — потерпел полный крах.

    В западных странах до конца XVIII в. способ ведения войны по существу не изменился, и лишь Россия начала вводить принципиально новые методы ведения войны, продолжая и развивая теоретические основы организации боевых действий армии, заложенные еще петровским уставом.

    Уже в Семилетнюю войну выдающимся новатором в области военного искусства проявил себя будущий знаменитый полководец П. А. Румянцев, который видел основу успеха в активных действиях армии, в стремлении к встрече с противником. Он говорил: «...Разбить с малым числом многочисленного неприятеля есть дело искусства и великой силы. Быть же победителем многочисленностью весьма естественно, но при этом храбрость и слава на стороне того, кто решается презирать многочисленность...»

     

    Девизом Румянцева были подвижность и маневр. Его тактическим приемам были чужды шаблон и рутина. Это он доказал особенно под Кольбергом, когда впервые в истории военного искусства был применен рассыпной строй. Им также раньше, чем западноевропейскими полководцами, была применена колонна, которая явилась основой для развития боевого порядка, эшелонированного в глубину. Таким образом и здесь первенство принадлежит русским, а не Наполеону I, как утверждает буржуазная историография. Большое внимание Румянцев уделял правильной организации путей сообщения, подвозу снабжения для армии из тыловых магазинов (складов). Румянцев был первым, кто нанес сокрушительный удар по мифу о непобедимости прусской армии и незыблемости принципов школы Фридриха II.

    В Семилетнюю войну Румянцев развил военное искусство Петра I применительно к новым условиям и еще выше поднял авторитет русской военной школы.

     

    В период Семилетней войны был принят ряд нововведений и внесено много улучшений в различные области военно-морского дела. Так, например, кроме введения на кораблях флота шуваловских единорогов, по предложению адмирала Мишукова были введены специальные банники для орудий, более легкие и удобные по сравнению с прежними. Кроме того, по его же предложению места на кораблях между деками над пушками стали обивать железом для предохранения их от пожаров при стрельбе.

    Флот развил искусство взаимодействия с сухопутными войсками при действиях вдоль побережья и осаде приморских крепостей.

    Большие штурманско-топографические работы, проведенные русскими моряками вдоль прусского побережья, позволили впоследствии на основании собранных данных составить генеральную карту этого побережья. Была организована специальная экспедиция под руководством Нагаева с задачей «аккуратность наших карт на всем Балтийском море привести в совершенство». Началась постройка новых маяков — «Большой Роге» и «Соммерс».

    Таким образом, Семилетняя война оказалась важным этапом на пути развития не только военного, но и военно-морского искусства.

     











    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru