Rambler's Top100

исполнить цепочку-на главную в кубрик-на 1 стр.
  • главная
  • астрономия
  • гидрометеорология
  • имена на карте
  • судомоделизм
  • навигация
  • устройство НК
  • памятники
  • морпесни
  • морпрактика
  • протокол
  • сокровищница
  • флаги
  • семафор
  • традиции
  • морвузы
  • мороружие
  • новости флота
  • моравиация
  • кают-компания

  • История географических открытий


     

     

     

    Английские поиски Северо-западного прохода
    и первые открытия в Западной Арктике

     


     

     

    Три экспедиции Фробишера

     

    В последней четверти XVI и в начале XVII в. английские моряки совершили ряд плаваний, надеясь отыскать Северо-Западный проход из Атлантического в Тихий океан. Первым — после отца и сына Каботов — возобновил поиски прохода с целью дойти до Китая, обогнув с севера Америку, морской офицер Мартин Фробишер. Он нашел покровителей — вельмож и купцов, не очень, впрочем, щедрых: снаряжены были три судна — два барка по 20— 25 т и пинаса (10 т).

    Фробишер в июне 1576 г. обогнул Шотландию и 11 июля увидел под 61° с. ш. высокую, покрытую снегом землю Фрисланд (Гренландию). Вскоре пинаса погибла со всей командой, один барк дезертировал, но Фробишер на своем судне «Габриэль» с командой в 23 человека продолжал плавание. Он обогнул южную оконечность Гренландии и взял курс на запад с уклоном к северу. 20 августа у 63° с. ш. и 64° з. д. он высадился на островок Локс-Ленд, а затем проник в узкий залив, который принял за желанный проход и назвал проливом Фробишера. Он прошел мнимым проливом на северо-запад 60 миль, «имея с правой руки... Азиатский материк, который здесь отделялся от американской суши, лежащей по его левую руку». «Американская суша» Фробишера — это юго-восточный полуостров Баффиновой Земли, носящий до настоящего времени латинское название Мета-Инкогнита («Неведомая Цель»): такое условное секретное название дала королева Елизавета, которая сочла, со слов Фробишера, этот участок суши за подступ к Азии. А лежащий к северу «азиатский материк» Фробишера — это выступ той же Баффиновой Земли, называющейся теперь п-овом Холл.

    В заливе Фробишер встретил смуглых людей, «похожих на татар, с длинными черными волосами, широкими лицами и плоскими носами, одетых в тюленьи шкуры — одинакового покроя у мужчин и женщин. Лодки их также сделаны из тюленьих кож, а под кожей скрывается деревянный киль». Это — первая, исторически доказанная встреча европейцев с американскими эскимосами: люди, привезенные Кортириалом, могли быть индейцами. Их «сходство с татарами» (
    монголоидный тип) стало в глазах Фробишера дополнительным доказательство того, что он достиг Азии. Моряки высаживались на берег и приносили оттуда растения и камни, среди которых был черный камень с желтыми вкраплениями, принятый Фробишером за золотую руду. Эскимосы завели немой торг с англичанами. Однажды лодка с пятью матросами, отправившимися на торг, пропала без вести. С поредевшей командой, без лодки Фробишер не рискнул двинуться дальше на запад; к тому же наступила осень, и он спешил вернуться в Англию, чтобы сообщить там о своем двойном «великом» открытии: пролива в Тихий океан и золотой руды. Захватив с собой эскимоса, Фробишер в конце августа поднял паруса и 2 октября вошел в Темзу.

    Немедленно организовалась
    «Катайская компания», получившая большие привилегии. Елизавета внесла наибольший пай, снарядила на казенный счет корабль в 200 т. Фробишер получил также «Габриель» и другой барк. В экипаж судов, состоявший из 140 человек, входили солдаты и рудокопы. Большой корабль должен был с грузом золотой руды немедленно вернуться в Англию, Фробишер с двумя барками — продолжать исследование «пролива» и пройти в «Катай» или в крайнем случае так далеко на запад, чтобы удостовериться, что он находится в другом океане. Дойдя до «американской суши» (Мета-Инкогнита) 19 июля 1577 г., англичане не раз высаживались на берег. Из-за льдов Фробишер не мог — или не хотел — форсировать «пролив». Он спешно наполнил трюмы судов «драгоценным» грузом (более 200 т камня) и 23 сентября уже был в Англии. «Золотая лихорадка» охватила англичан, особенно после того, как королевская «ученая» комиссия установила, будто в руде действительно содержится много золота и «пролив» Фробишера ведет в «Катай».

    30 мая 1578 г. под начальством Фробишера вышли на запад 15 судов — больших (военных и грузовых) и малых — с тройным заданием: основать колонию и построить крепость у «пролива»; немедленно приступить к добыче золота; продолжать с малыми судами исследование «пролива» и дойти по возможности до «Катая». У входа в забитый льдами «пролив» в начале июля во время снежной бури один из самых больших кораблей столкнулся с айсбергом и затонул; экипаж его с трудом спасся. Остальные суда, рассеянные и отброшенные бурей на юг, попали в настоящий широкий, свободный от льдов пролив, за которым на западе было видно свободное море, причем берег «американской суши» уклонился к югу. Собрав суда, Фробишер повел их на северо-восток и открыл проход между землей (полуостровом) Мета-Инкогнита па западе и группой небольших островов (Резольюшен, Эджел и др.) на востоке.
     

    Деталь карты М. Фробишера


    Теперь даже в его глазах Мета-Инкогнита не могла быть материком, так как находилась между двумя проливами: одним настоящим — на юге (Гудзонов пролив), другим мнимым—на севере (залив Фробишера). У моряков возникло представление, пока очень смутное, о наличии большого архипелага на северо-западе океана. Однако, хотя Фробишер действительно видел подлинную Гренландию, положил начало открытию Баффиновой Земли и входил в широкие проливы, которые позднее стали называться Девисовым и Гудзоновым, он внес большую путаницу в карты Северо-Западной Атлантики: и до начала ХУЛ в. картографы называли Гренландией не один, а целых четыре острова, существующий и выдуманные. Но он первый изучил природу айсбергов. Он заметил, что они при таянии дают пресную воду, а не соленую, и правильно заключил, что они «рождаются» на суше и сползают в море, как альпийские глетчеры сползают в горные долины.

    Фробишер не построил крепости у «прохода»: позже он оправдывался тем, что во время бури погибло много строительных материалов.
    Трюмы всех судов были наполнены «золотой рудой», и 31 августа флотилия двинулась обратно. На следующий день буря рассеяла суда, и они поодиночке вернулись в разные английские порты. При разгрузке образцы руды попали во многие руки, в том числе и к любопытным частным специалистам. Но даже самый лучший из них не смог обнаружить в той руде ни крупинки золота. Величайшее английское заокеанское предприятие XVI в. закончилось величайшим крахом: Мета-Инкогнита оказалась не материком, а островом, «пролив» Фробишера — заливом, в «золотой» руде не было золота.

    Сводное подробное описание трех арктических экспедиций Фробишера дал его неизменный спутник Джордж Бест. Участником всех трех плаваний был также штурман Кристофер Холл, составивший отчет о первой экспедиции.

    После этой неудачи Фробишер навеки простился с Севером. Он последовал примеру пирата Дрейка — искал и находил драгоценные металлы в трюмах испанских кораблей, идущих из «Западной Индии» в Испанию. Затем он командовал одним из кораблей, высланных Англией против
    испанской «Непобедимой армады», и был убит у берегов Франции при нападении на Брест во время войны Генриха IV Бурбона против реакционной католической лиги.

     

    Три экспедиции Девиса

     

    Мечта найти Северо-Западный проход все еще владела английскими умами. Несколько лондонских купцов решили «на пользу отечества отложить в сторону все мысли о золоте и серебре и снарядить корабли с единственной целью — открыть морской проход в Индию». Они приобрели два судна водоизмещением в 35 и 50 т с экипажем всего в 42 человека. Во главе экспедиции был поставлен Джон Девис, «человек очень сведущий в мореходном искусстве».
    Во второй половине июля 1585 г. Девис достиг юго-восточной окраины Гренландии. Но картографическая путаница, внесенная Фробишером, была так велика, что Девис не признал Гренландии и решил, что перед ним какой-то новый остров. Он видел гору, которая поднималась выше облаков, «как громадная сахарная голова». Земля была покрыта снегом, море у побережья забито льдом. Ему казалось, что даже льдины печально стонут у берегов, что вода в море «черная и густая, как стоячее болото». Он повернул на юго-запад и через несколько дней потерял из виду эту «Страну Отчаяния» (Десолейшн). Затем он взял курс на северо-запад, обогнув таким образом южную оконечность Гренландии, и снова увидел землю у 64°15' с. ш. Там моряки обнаружили отличную гавань в спокойном заливе Гилберта (теперь Готхоб) и близ нее
    стойбище эскимосов, с которыми англичане вступили в немой торг. Они попали в самый центр таинственно исчезнувшей норманнской колонии Вестербюгд (чего они не знали) и не раз еще встречались здесь с эскимосами, но никто из англичан не отметил ни одной европейской черты в облике местных жителей, никакого европейского влияния в их одежде и предметах обихода.

    В начале августа Девис повернул в море, тогда свободное ото льда, и двинулся дальше на северо-запад. Пройдя около 600 км, он пересек Девисов пролив и достиг на западе суши у 66° 40' с. ш. (бухта Эксетер, п-ов Камберленд Баффиновой Земли). Девис решил, что зашел слишком далеко к северу, повернул на юг и, следуя вдоль берега, вступил в очень широкий залив (Камберленд), который вел его в глубь страны на северо-запад. Он прошел в этом направлении около 200 км, видел на берегу эскимосов. Залив не кончался и не суживался, но на море пал такой густой туман, что идти далеко было очень опасно. Девис пришел к выводу, что нашел Северо-Западный проход, и 30 сентября вернулся в Англию с этой приятной вестью.
    7 мая 1586 г. Девис на четырех судах отправился в залив Гилберта и на этот раз убедился, что его «Страна Отчаяния» является частью Гренландии. Он достиг о. Диско и здесь отпустил одно судно домой. Он перешел оттуда с большим трудом среди льдов к противоположному берегу у 67° с. ш. (Баффиновой Земле) и не мог проникнуть в «пролив». Две недели плыл Девис вдоль кромки льда. Погода изменилась, в холодном тумане паруса и снасти обледенели. Экипаж стал роптать. Девис отпустил домой еще одно судно, а сам продолжал путь сквозь туманы и льды. В начале августа у полярного круга он снова достиг суши и вдоль берега пошел к югу, пока не достиг Лабрадора, не заметив Гудзонова пролива. На широте 54° 15' с. ш. он решил, что нашел вход в «пролив, ведущий прямо на запад» (залив Гамильтон), но не исследовал его из-за противного западного ветра. В сентябре после гибели двух моряков Девис повернул на родину, куда прибыл 14 октября.

    Купцы, снарядившие экспедицию, конечно, остались недовольны ее «ничтожными» результатами: ни дороги в Китай, ни ценных товаров Девис не привез с собой. Но он обратил их внимание на то, что встречал в проливах, открытых им, множество китов и видел сотни тюленей на берегах. Тогда купцы финансировали экспедицию на трех судах, но взяли с Девиса обещание — не упускать удобного случая для китовой ловли и зверобойного промысла. Итак, главной целью теперь была
    добыча ворвани и тюленьих шкур; открытие же Северо-Западного прохода стало второстепенным делом.

    И снова, уже в третий раз, летом 1587 г. Девис вошел в залив Гилберта. Он оставил там два больших судна для зверобойного промысла, а сам на малом судне продолжал поиски Северо-Западного прохода. Он прошел вдоль гренландского берега далеко на север, до 72° 12' с. ш., а отойдя от берега — до 73° с. ш. Когда льды остановили его, он повернул на юго-запад и в середине июля достиг Баффиновой Земли. Следуя в южном направлении вдоль берега, Девис попал в мнимый пролив, где он уже побывал в 1585 г. (залив Камберленд). Два дня он плыл на северо-запад. пока правильно не решил, что не найдет там выхода в Восточный океан. Повернув обратно, он обследовал юго-восточное побережье Баффиновой Земли, открыл там крупный полуостров (Холл), миновал
    «Бешеный водоворот» (вход в Гудзонов пролив). Он проследил затем почти все Атлантическое побережье Лабрадора до 52° с. ш. и 15 сентября прибыл в Англию, страдая от недостатка провианта и пресной воды. Напрасно умолял он купцов дать ему средства на четвертую экспедицию — ему отказали.

    В 1591—1592 гг. Девис участвовал в экспедиции Томаса Кавендиша, который вторично пытался пройти в Тихий океан, но был отброшен штормом из Магелланова пролива в Атлантический океан и умер на обратном пути в Англию. Отделившийся корабль Девиса прибило к неизвестной ранее земле; последовавший за ним пират Ричард Хоукинс назвал их
    «островами Девы», теперь Фолклендские (Мальвинские). Позднее Девис совершил ряд плаваний в Ост-Индию и в конце 1605 г. был убит в районе Малакки в стычке с малайцами.



    Плавания Гудзона в 1607—1608 годах

     

    В 1607 г. купцы английской торговой «Московской компании» приняли на службу ранее почти неизвестного пожилого капитана Генри Гудзона, лондонского жителя. За их счет он снарядил парусник в 80 т с командой в 12 человек. На таком судне Гудзон собирался пройти в Японию прямо через Северный полюс.
    1 мая 1607 г. Гудзон вышел из устья Темзы и в июне, двигаясь при исключительно благоприятных ледовых условиях вдоль восточного берега Гренландии, достиг у 73° с. ш. того выступа, который позднее был назван
    Землей Гудзона. Из-за льдов он повернул на северо-восток и в конце июня увидел остров, принятый им, видимо, за Новую Землю. На самом же деле это был Западный Шпицберген, по крайней мере с первой половины XVI в. постоянно посещавшийся русскими поморами, называвшими его Грумант. Он обогнул остров с севера и в середине июля впервые в истории достиг 80° 23' с. ш. Встретив непроходимые льды, Гудзон повернул обратно и у 71° с. ш. открыл небольшой одинокий остров с двумя вершинами, названный им «Зубцами Гудзона». Но он не мог точно определить положение «Зубцов»; через четыре года остров вторично открыл голландский капитан Ян Майен, который дал ему свое имя, закрепившееся на картах.

    В середине сентября Гудзон вернулся в Лондон. Кроме больших географических достижений, его плавание имело и важное практическое значение: Гудзон подтвердил сведения о богатых возможностях китобойного и зверобойного промыслов в исследованной им части Северного Ледовитого океана, теперь называемой
    Гренландским морем. И английские и голландские промышленники немедленно воспользовались его указаниями. Но купцы «Московской компании» были недовольны, так как прямое задание — достичь через Северный полюс Японии — не было выполнено (впрочем, на парусном судне оно и не выполнимо).

    Все-таки купцы в следующем году вторично послали Гудзона в моря Дальнего Востока, на этот раз северо-восточным путем, даже увеличили команду его судна на два человека. В море капитан взял с собой сына; это он делал и в следующих плаваниях. 22 апреля 1608 г. Гудзон вышел из устья Темзы и 26 июня достиг юго-западного берега Новой Земли, но не мог ни обогнуть ее с севера, ни пробиться через
    Карские Ворота на восток в Карское море и ни с чем 26 августа вернулся на родину.

    «Московская компания» рассчитала «неудачливого» капитана, и он вынужден был перейти на службу недавно организованной (1602 г.) Нидерландской Ост-Индской компании. Она также стремилась открыть для торговли с Восточной Азией северный морской путь и это задание возложила на Гудзона. Команда на предоставленном ему судне состояла из англичан и голландцев, и нужно сказать, что он не поладил ни с теми, ни с другими. 25 марта 1609 г. Гудзон вышел из залива Зейдер-Зе на север, обогнул мыс Нордкап, достиг в Баренцевом море 72° с. ш., встретил там тяжелые льды и вынужден был, в значительной мере под давлением недисциплинированной команды, отступить и повернуть на юго-запад. В этом направлении он, выдержав сильный шторм, пересек Северную Атлантику, подошел к американскому берегу у 44° с. ш. и начал поиски прохода в Тихий океан. От залива Мэн он спустился вдоль берега к югу за 36° с. ш., не нашел прохода и повернул на север, на этот раз внимательно исследуя побережье.

    Гудзон напрасно заходил в
    заливы Чесапикский и Делавэр, а у 40° 30' с. ш. обнаружил бухту, которую принял сначала за вход в желанный пролив. Но она оказалась устьем «Большой Северной реки», как назвал ее Гудзон, открытой Верраццано. Гудзон поднялся по ее течению почти на 200 км и, отчаявшись в попытке найти пролив или собрать хотя бы сведения о нем, спустился к морю и вернулся в Европу. Неизвестно, по какой причине он не направился прямо в Голландию, а зашел в порт Дортмунд (Юго-Западная Англия). Здесь голландский корабль был задержан, а Гудзон и другие моряки-англичане сняты с судна.



    Открытие Гудзонова залива и гибель Гудзона



    Служба на иностранном флоте не считалась все же изменой, и уже в следующем году Английская Ост-Индская компания взяла Гудзона к себе на службу и дала ему для поисков Северо-Западного прохода маленькое судно
    «Дискавери» («Открытие») в 55 т, с командой в 23 человека. Ему не вполне доверяли: стало известно, что во время прошлого плавания к американским берегам моряки были очень недовольны своим командиром и это недовольство несколько раз грозило перейти в открытый бунт. Поэтому директора компании назначили старшим офицером «Дискавери» незнакомого Гудзону моряка, считая его вполне надежным человеком.

    17 апреля 1610 г. Гудзон вышел из Лондонского порта. В устье Темзы он высадил на берег навязанного ему «наблюдателя». Уже на переходе к Исландии поднялся ропот среди команды, с которой капитан и на этот раз никак не мог поладить. От Исландии Гудзон перешел к восточному берегу Гренландии. Там он начал спускаться на юг, напрасно отыскивая проход в Тихий океан, обогнул южную оконечность Гренландии, а оттуда повернул на запад. Не найдя пролива у северного берега земли Мета-Инкогнита, открытой Фробишером, он обогнул этот полуостров Баффиновой Земли с юга и 5 июля попал в настоящий пролив (Гудзонов). Медленно, на ощупь вел свое судно Гудзон вдоль северного берега пролива, забитого льдами. 11 июля он выдержал сильный шторм, перешел к противоположному берегу и вторично открыл там залив Унгава, затем закончил открытие всего северного побережья Лабрадора.

    2 августа у 63°20' с. ш. показалась земля, которую Гудзон принял сначала за выступ материка (о. Солсбери). На следующий день судно обогнуло мнимый выступ, и перед моряками открылось на западе, под бледными лучами северного солнца, широкое серебристо-голубое пространство — свободное ото льда, спокойное море. 3 августа 1610 г. Гудзон внес следующую запись в судовой журнал: «Мы пошли [на запад] по узкому проходу между островами Дигс и Лабрадор. Мыс у входа из пролива с южной стороны я назвал Вулстенхолм». Это последняя запись, сделанная рукой Гудзона.

    Остальное через полгода досказал в Лондоне Абакук Приккет, моряк с «Дискавери». За мысом Вулстенхолм берег круто повернул к югу. Судно шло несколько недель вдоль берега. На западе далеко от материка в ясную погоду моряки видели сушу и решили, что это противоположный берег широкого пролива, ведущего их в Тихий океан. На самом же деле это были цепи островов, которые протягиваются вдоль западного берега Лабрадора в 50—150 км от него (Мансел, Оттава, Ту-Бротерс, Слипер, Кинг-Джордж, Белчер). В конце сентября, пройдя на юг по мнимому проливу более 1200 км, моряки попали в сравнительно небольшой залив (Джемс). Среди команды вспыхнуло недовольство, и Гудзон якобы высадил на берег моряка, которого считал главным смутьяном. В ноябре у южного берега залива, у 53° с. ш., судно было окружено льдами и выброшено на берег. Зимовка проходила в сносных условиях: топлива вполне хватало, а охота на птицу часто давала много пищи.

    В середине июня следующего, 1611 г. судно спустили на воду. Началось медленное продвижение на север. Через неделю недовольство команды перешло в открытое возмущение; 22 июня бунтовщики бросили в лодку Генри Гудзона с мальчиком-сыном, помощника штурмана и еще шесть человек, верных капитану, и оставили их на произвол судьбы — без оружия и без продовольствия. Единственный уцелевший офицер — штурман Роберт Байлот—привел осенью 1611 г. «Дискавери» обратно в Англию. На родину вернулись 13 человек, по другим данным — восемь. К капитану-неудачнику пришла редкая посмертная слава: «Большая Северная река», открытая до него, названа его именем — рекой Гудзона; пролив, открытый С. Каботом, Гудзоновым проливом; море, ставшее его могилой,— Гудзоновым заливом.

     

    Экспедиция Баттона и Байлота — Баффина



    Как только Байлот вернулся в Лондон, там возникла
    «Компания лондонских купцов, отыскавших Северо-Западный проход». Предприниматели решили, что лишь сравнительно небольшое расстояние отделяет Западное море Гудзона от Восточной Азии и что можно немедленно начать выгодную торговлю с Китаем и Японией, с вице-королевством Перу и даже... с Соломоновыми о-вами. Они снарядили два корабля под начальством Томаса Баттона. Поиски Гудзона менее всего занимали предпринимателей: в инструкции, данной Баттону, прямо сказано, что он должен «выйти в противоположный океан на широте примерно 58°, хотя точно было известно, что бунтовщики бросили Гудзона за сотни миль южнее; да и сам Баттон не думал обследовать западный берег Лабрадора, у которого совершено было преступление.

    Летом 1612 г. Баттон достиг Гудзонова пролива и присвоил усмотренному им острову у входа в пролив имя своего корабля — Резольюшен. Продолжая путь на запад, он обнаружил на севере землю (о. Саутгемптон, принятую им за архипелаг) и остров (Коте). Затем между 60° 40' и 53° с. ш. он проследил берег какой-то новой земли, где открыл устье большой реки (Нельсон). За ней побережье круто поворачивало, но не на запад, а на восток, и разочарованный Баттон назвал новую землю, т. е. западный берег Гудзонова залива, «Обманутой надеждой». В устье Нельсона корабли стали на зимовку. Хотя зима выдалась мягкой, смертность среди моряков, вероятно из-за цинги, была так велика, что не хватало рук для управления двумя кораблями, и один пришлось бросить.

    В июне 1613 г. Баттон прошел снова, но в обратном направлении, вдоль западного берега Гудзонова залива и открыл устье реки (Черчилл); он продвинулся в поисках пути в Китай на север с уклоном к востоку за 65° с. ш., пока не вошел в суживающийся залив или пролив, который вел еще дальше на север. Баттон дал ему латинское название Nec ultra («Не дальше») — пролив Рос-Уэлком. Огорченный мореплаватель не стал его исследовать, 29 июля повернул обратно, у 80° з. д. обнаружил о. Мансел и 27 сентября вернулся в Англию с новостью, очень неприятной для пайщиков «Компании лондонских купцов». О пропавшем без вести Гудзоне и его спутниках никто из них и не вспомнил.

    Так как проход мог быть севернее 65° с. ш., до которого, по его словам, доходил Баттон, то компания 15 марта 1615 г. отправила Роберта Байлота на «Дискавери». Штурманом у него был еще молодой, но опытный
    полярный мореход Уильям Баффин (он первым стал определять долготу на море), не раз плававший в Гренландском море. 30 мая они подошли к о. Резольюшен и в июне открыли у северного берега пролива группу островков Савидж, а у выхода из пролива — о-ва Ноттингем, Солсбери и Милл (64° с. ш.), закартировав южный берег о. Баффинова Земля. 10 июля они увидели Саутгемптон и два дня шли вдоль его восточного берега на северо-запад. У входа в какой-то «залив» (пролив Фрозен-Стрейт) судно было остановлено льдами и повернуло обратно. Близ северо-западного выступа п-ва Унгава «Дискавери» оставалось до конца июля, а затем двинулось на родину и достигло Англии 8 сентября. В отчете Баффин писал: «Нет сомнения, что проход все же существует, но я не уверен, что он идет по проливу, называемому Гудзоновым, и склонен думать, что нет...»
    26 марта 1616 г. на том же «Дискавери» с командой в 17 человек Байлот и Баффин вышли на поиски Северо-Западного прохода со стороны Девисова пролива. 5 июля они достигли 78° с. ш. До середины XIX в. ни одно судно в этой части Атлантики не заходило так далеко на север, не считая норманнов.
    Вторично после них моряки «Дискавери» открыли западное побережье Гренландии между 72 и 76° с. ш., залив Мелвилл, северо-западный выступ Гренландии между 76 и 78° с. ш. (теперь п-ов Хейс) и южный вход в пролив Смит, отделяющий с северо-запада этот полуостров от Земли Элсмира (название дано позднее). В узком месте пролива лед в начале июля был непроходим, и Байлот повернул на юг. У Земли Элсмира они обнаружили залив Смит, а южнее, за выступом (у 76° с. ш.), забитый льдом вход в пролив Джонс (между о-вами Элсмир и Девон). Еще южнее (у 74° 30' с. ш.) открылся очень широкий, но опять-таки забитый льдом вход в пролив Ланкастер (между о-вами Девон и Байлот). Байлот продолжал путь теперь уже на юго-восток и шел так до полярного круга около 1000 км по направлению берега огромной земли: ее с того времени называют — в честь ученого, красноречивого и владеющего пером штурмана - Баффиновой Землей. Ни сам Баффин, ни Байлот ни разу не высаживались на эту землю: от пролива Ланкастер судно шло на некотором расстоянии от берега, огражденного широкой полосой неподвижного льда. Многие моряки болели цингой, и Байлот у полярного круга повернул на юго-восток, а 30 августа привел судно в Англию. Баффин точно закартировал все берега «своего» залива, но открытия экспедиции в Англии были приняты как фантастика и позже сняты с карт. Такая несправедливость продолжалась до 1818 г., когда Джон Росс вновь не открыл Баффинов залив.

    Баффину приписывают в одно и то же время и открытие «ворот» к двум проливам, действительно ведущим в Тихий океан, и закрытие этих «ворот».
    Подлинная честь открытия, как видно из рассказа об экспедиции, должна быть поделена между полузабытым капитаном Байлотом и его удачливым штурманом, чьим именем назван не только громадный остров, но и полузамкнутое море, расположенное между Гренландией и Баффиновой Землей, по площади гораздо больше Балтийского, — Баффинов залив. Сомнительная честь закрытия приполярных западных «ворот», несомненно, принадлежит одному Баффину: сохранилось его письмо к знатному покровителю экспедиции, где он прямо говорит, что «нет ни прохода, ни надежды на проход в северной части Девисова пролива», т. е. в Баффиновом заливе. Ему поверили: «Компания лондонских купцов Северо-Западного прохода» была ликвидирована.



    Экспедиции Мунка, Фокса и Джемса

     

    Поисками Северо-Западного прохода заинтересовалось и датское правительство. 16 мая 1619 г. в Гудзонов залив был послан из Дании на двух малых судах (64 человека команды) норвежский
    моряк-полярник Йенс Мунк. Пройдя Гудзонов пролив лишь 20 августа, Мунк повернул на юго-запад. Зимовала экспедиция в устье реки, позднее названной Черчилл (впадает в залив Баттон). Зима оказалась исключительно суровой; к лету 1620 г. из 65 моряков только Мунк и еще двое остались в живых. К середине июля они поправились, питаясь рыбой и птицей, сделали запасы в дорогу и, бросив одно судно, на другом добрались до Копенгагена 21 сентября 1620 г., «скорее похожие на тени, чем на людей».

    В 1631 г. англичане снова занялись поисками Северо-Западного прохода со стороны Гудзонова залива. Средства отпустили бристольские купцы, снарядившие небольшое судно «Генриетта-Мария» под командой Томаса Джемса. Другое, большое судно «Кинг-Чарлз» (70 т) дал
    король Карл I Стюарт, а деньги на экипировку и наем экипажа — лондонские купцы. Командиром этого судна стал Льюк Фокс, пожилой капитан, уже имевший опыт полярных плаваний. Он был настолько уверен в успехе, что подписал договор с Ост-Индской компанией на доставку перца. А когда он представлялся Карлу I, тот дал ему письма к японскому императору. Фоке хорошо подготовился к арктическому плаванию и сделал много ценных научных наблюдений. Оба судна вышли почти в одно время — в первых числах мая 1631 г., но каждый командир сам по себе, и результаты были далеко не равноценны.

    Льюк Фокс в конце июля 1631 г. достиг северо-западного угла Гудзонова залива (Nec ultra), где остановился Баттон в 1613 г., и поднялся по нему до 65° 30' с. ш. Своим плаванием Фоке доказал, что Саутгемптон не часть материка, а остров, но сам Фокс принял его за полуостров. Он назвал эту землю «Сэр-Томас-Роус — Уэлком»: теперь это название в сокращенном виде — Рос — Уэлком — перенесено на пролив, отделяющий Саутгемптон от материка.
    Повернув обратно, Фоке прошел вдоль всего западного побережья Гудзонова залива. Видимо, он не доверял Баттону, но тот в данном случае оказался прав: пролив на юге действительно не существовал. При этом были открыты все близлежащие небольшие острова, в том числе Марбл («Мраморный»). Так Фоке дошел до устья р. Нельсон, за которым тянулся еще не исследованный южный берег Гудзонова залива. В августе Фоке обследовал и этот низменный берег до 55° 10' с. ш. и 83° з. д., где встретился с Джемсом, и вскоре подошел к мысу (Генриетты-Марии); там берег круто поворачивал к югу.

    Дальше незачем было идти, чтобы напрасно не терять времени. Свой вывод Фоке формулировал так: «В дуге от 65° 30' до 55° 10' с. ш. по всему западному берегу Гудзонова залива нет никакой надежды на открытие прохода». Повернув на север, Фокс пересек весь залив, миновал вход в Гудзонов пролив, открыл Землю Фокса (п-ов Фоке, юго-западный выс-туп Баффиновой Земли) и 22 сентября достиг 66° 35' с. ш. Тот залив между Баффиновой Землей и материком, в который он проник, позднее назван Бассейном Фокса, а южный пролив, соединяющий его с Гудзоновым заливом, проливом Фокса. 31 октября того же, 1631 г. Фокс вернулся в Англию, не потеряв ни одного человека: больных было много, но все выздоровели.

    Томас Джемс в середине июля 1631 г. вошел в Гудзонов залив, пересек его в юго-западном направлении до устья Черчилля, а затем прошел вдоль южного берега Гудзонова залива, до мыса Генриетты-Марии (название дано им) несколько раньше Фокса. Разлучившись с Фоксом, Джемс в сентябре исследовал все побережье юго-восточного бассейна Гудзонова залива, позднее названного его именем (залив Джемса), открыв несколько островов. Густой туман и льды помешали его возвращению. Зимовал он на крайнем юге на о. Чарлтон (у 52° с. ш.). После тяжелой и суровой зимы, потеряв от цинги часть команды, Джемс 1 июля 1632 г. оставил Чарлтон и 22 октября прибыл в Бристоль.

    После этих экспедиций все побережье Гудзонова залива было нанесено на сравнительно точные (для того времени) карты. Западный проход мог быть только со стороны Бассейна Фокса, совершенно не исследованного за полярным кругом, но он казался тупиком до 20-х гг. XIX в
    .

     

     








    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru